Я замерла, слушая. Вика молчала, потом хлопнула дверью. Коля вошел в комнату, бледный, но спокойный.
— Лен, я все сказал, — он сел рядом. — Прости, что так долго тянул.
— Коль, ты правильно сделал, — я обняла его. — Мы с тобой. Всегда.
Через неделю Вика написала ему, извинилась, но Коля не ответил. Он сказал, что хочет быть с тем, кто уважает его семью. Я была горда за брата. А наша жизнь вернулась в свое русло — с картошкой, котлетами и любовью, которая важнее любых суши.
