«Для счастья не обязательно быть замужем» — с улыбкой ответила Вероника, вспомнив о важной любви и поддержке в своей жизни

Вероника только-только присела с чашкой горячего чая, когда раздался телефонный звонок. Она вздохнула, отставляя чашку. День выдался непростой, все тело гудело от усталости, а впереди еще куча домашних дел. Звонок не предвещал ничего хорошего. — Алло, — устало произнесла она в трубку. — Вера Николаевна, голубушка, выручайте! — раздался взволнованный голос соседки. — Внучка моя, Машенька, температурит, а я на смене. Может, присмотрите за ней часок? Вероника прикрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Как тут откажешь? Анна Петровна всегда была доброй соседкой, не раз выручала ее саму. — Хорошо, Анна Петровна, присмотрю. Ключи под ковриком, как обычно? — Да-да, родненькая. Спасибо вам огромное! Я уж не знаю, что бы без вас делала. — Ничего страшного, — ответила Вероника. — Вы же знаете, я всегда рада помочь. Положив трубку, Вероника взглянула на часы. Половина третьего. До прихода Володи из школы оставалось ещё два часа. «Должна успеть», — подумала она и, накинув пальто, вышла из квартиры. В подъезде пахло свежей выпечкой — наверное, Мария Ивановна с пятого этажа снова пекла свои знаменитые пироги. Вероника невольно улыбнулась, вспомнив, как в детстве бабушка угощала их с братом такими же ароматными пирожками. Забота о чужом ребёнке невольно всколыхнула воспоминания. Вот уже больше двадцати лет прошло с тех пор, как она сама была подростком, тащившим на себе пьяную мать и заботившимся о маленьком брате. — Ещё немного, Володя, мы почти пришли, — словно наяву услышала Вероника свой юный голос. — Угораздило её в коридоре грохнуться! Тогда казалось, что жизнь — сплошная череда испытаний. Отец, не выдержав материного пьянства, уехал на Север. Присылал деньги, но до детей они не доходили — всё уходило на выпивку. Вероника помнила, как они с братом часами сидели голодные, ожидая, когда мать проспится и, может быть, принесет хоть какой-то еды. Володя, совсем еще малыш, часто плакал от голода, а она, сама еще ребенок, не знала, чем его утешить. Если бы не бабушка, как бы они выжили? Вероника до сих пор помнила их частые телефонные разговоры. — Верочка, вы сегодня ужинали? — звонила бабуля. — Нет, бабуль. Я бы приготовила, но мама все деньги забрала. В доме даже хлеба нет. — Господи, да что ж такое творится! — всплескивала руками бабушка. — Тогда собирайтесь и марш ко мне! Буду вас кормить, как положено. Недаром я сегодня пирогов напекла. — Спасибо, бабуль, — с облегчением отвечала Вероника. — Мы сейчас придем. И они шли. Через весь город, потому что на автобус денег не было. Володю Вероника несла на руках — он был слишком мал, чтобы преодолеть такое расстояние. А потом они сидели на уютной бабушкиной кухне, уплетая за обе щеки горячие пирожки с картошкой и капустой. — Как вы там, милые мои? — спрашивала бабушка, глядя на них жалостливыми глазами. — Держимся, бабуля, — бодро отвечала Вероника, хотя внутри все сжималось от тоски и безысходности. — Только вот мама опять фокусы выкидывает, но это уже в порядке вещей, мы привыкли. — Терпите, это не может продолжаться вечно, — вздыхала бабушка. — Бог даст, Ольга когда-нибудь возьмется за голову… Я надеюсь. Вероника улыбнулась, вспоминая бабушкины пироги. Сколько любви и заботы было в каждом кусочке! «Терпите, это не может продолжаться вечно», — говорила бабушка. И оказалась права. Жизнь и правда изменилась. Вероника окончила школу, поступила в институт, нашла работу. А потом случилось чудо — бабушка оставила ей квартиру. С этого момента жизнь пошла в гору. Но главное — она смогла забрать Володю к себе. Вспомнилось, как она билась за опеку над братом, как убеждала суд, что мать не способна воспитывать ребёнка. — Вера Николаевна, — обратился к ней судья, — вы понимаете, какую ответственность на себя берете? Воспитание ребенка — это не шутки. — Понимаю, Ваша честь, — твердо ответила Вероника. — Но я уже давно забочусь о брате. Он для меня — самый родной человек. Я сделаю все, чтобы он вырос достойным человеком. — А вы, Ольга Ивановна, — судья повернулся к их матери, — что скажете? — И пускай! — выкрикнула мать, от которой разило перегаром. — Нашим легче. Воспитывай брата сама, а мне всё надоело в этой жизни, ты надоела и братец твой вот уже где у меня сидит. Мать жестом показала, где «сидят» дети у нее. Оказалось, в районе шеи. Вероника тряхнула головой, отгоняя горькие воспоминания. Сейчас не время раскисать. У неё есть дело — присмотреть за соседской внучкой. Войдя в квартиру Анны Петровны, она сразу направилась в детскую. Машенька лежала в кровати, закутанная в одеяло. Бледное личико девочки выглядело осунувшимся, а глаза блестели от жара. — Ну что, болеем? — ласково спросила Вероника, присаживаясь на край кровати. — Да, — слабо ответила девочка. — А бабушка где? — Бабушка на работе, попросила меня за тобой присмотреть. Давай-ка температуру померяем. Пока Вероника хлопотала вокруг Маши, в голову закрались мысли о собственной жизни. Вот уже год, как она развелась с Геннадием. Непростое было решение, но необходимое. — Веруня, ты же мне теперь родственница, так? — вспомнился голос Валеры, брата Гены. — Можешь занять 500 рублей? Душа горит, понимаешь… — Валера, у меня самой денег в обрез, — пыталась объяснить Вероника. — Мне брата кормить надо, да и за квартиру платить. — Да ладно тебе! — не унимался Валера. — Ты же теперь сестра моя. А я верну, честное слово! А потом были бесконечные просьбы о деньгах, пьяные посиделки братьев, от которых страдал Володя. И, наконец, последняя капля — предложение Гены содержать его безработного брата. — Гена, ты в своем уме? — возмутилась тогда Вероника. — Мы сами еле концы с концами сводим, а ты хочешь, чтобы я еще и твоего брата содержала? — Ну, а что такого? — пожал плечами Геннадий. — Ты же хорошо зарабатываешь. А я вот планирую вообще уволиться и за Вовкой приглядывать. Заниматься воспитанием, готовить еду.