— Не отдам я детей, Коля.
— Конечно, не отдадим, о чём речь? — сказал муж.
— А с Алькой что делать-то?
— А что с ней сделаешь? Свою голову же ей не приставишь? — вздохнул Николай.
…Николай и Катерина жили в деревне. Добротный дом, хозяйство и всё у них было ладно да гладко. Людьми они были добрыми, простыми, работящими. Когда родилась дочь — Алевтиной назвали. Девочка красавица выросла. Родители любили её без памяти. К труду приучали, к работе. Но не очень как-то с этим делом у неё пошло. Всё больше с подружками любила гулять, да с парнями. А когда окончила школу, к слову сказать, так себе, средненько, то отпросилась у родителей в город ехать. В колледж поступать. Не любила она деревню.
Уехала. Поступила. Но училась с большим трудом. Чуть не вылетела с треском оттуда за прогулы. Отец ездил, разговаривал с дочерью, разговаривал с руководством колледжа. Пошли на встречу. Дали шанс.
Кое-как доучилась Аля. Получила профессию. Но в деревню домой возвращаться не спешила. Решила в городе остаться жить. Сняли они с подружкой вдвоём квартиру и завели развесёлую жизнь. С работой у Алевтины тоже не заладилось. За год несколько мест сменила. Легкомысленная девчонка оказалась, ветреная. Ни ответственности, ни серьёзности. Порхала как бабочка с цветка на цветок и ни о чём не думала.
Родителям иногда звонила, но так, между делом. Ни о чём особо не рассказывала, всё торопилась куда-то. Потом позвонила как-то весной и рассказала, что встречается с парнем. Потом с этим парнем стали жить вместе. Вроде как хорошо всё у них было. Катерина и Николай приезжали разок в гости, посидели, пообщались. Парень родителям не очень понравился. «Мутный тип», — сказал Николай. Но Катерина считала, что ничего, нормальный вроде, и может это дочке даже на пользу пойдёт, остепенится, глядишь, семью создаст и будет не хуже других.
Потом дочь пропала. Долго не звонила, никаких вестей не подавала. Обеспокоились Катерина с Николаем, засобирались в город. Приехали и узнали много новостей.
Сожитель Алевтины сбежал. Просто пропал, исчез, когда узнал, что та ждёт ребёнка. Пока Аля сообразила, что к чему, пока ждала и надеялась, что он всё-таки вернётся, время прошло. И застали родители её уже на шестом месяце. Дочь плакала и заявляла, что будет рожать. «Конечно, рожать — грустно кивала мать. — Куда ж теперь деваться?»
Отец вздыхал и молча сжимал кулаки. Руки чесались взять ремень и отшлёпать, как следует, и дочь непутевую, и женишка несостоявшегося. «Хотя, сами виноваты. Раньше надо было шлёпать, наверное… Всё потакали ей, вот и выросла ни на что не годная, да беспутная», — грустно размышлял Николай, осторожно ведя машину по ухабистой сельской дороге. Они ехали с Катериной домой.
