— Ну тогда и нам с тобой, мама, говорить не о чем. Ты трудоспособная, ещё не на пенсии, иди работай. От меня ты ничего не получишь!
Юлия Дмитриевна ушла, напоследок пообещав сыну, что он ещё пожалеет о своих словах.
***
Миша и Аня праздновали фарфоровую свадьбу, вместе они прожили целых двадцать лет.
Всё это время ничего Михаил о матери не слышал, знал только, что Юлия Дмитриевна снова вышла замуж, продала свою квартиру и уехала.
Встретиться с родительницей спустя столько лет Миша и не надеялся, он как-то привык к тому, что родителей у него нет.
Михаил и Анна воспитали двух сыновей. Старший уже женился и недавно подарил родителям внучку.
Всё было хорошо до недавнего телефонного звонка. Когда вечером у Михаила зазвонил мобильный, трубку подняла Аня. Супруг в то время уже спал.
Голос свекрови Анна узнала не сразу:
— А, это ты, — протянула Юлия Дмитриевна, — а Мишка где? Или родственники ошиблись и мне не тот номер дали?
— Здравствуйте. Это кто? — спросила Аня.
— Свекровь твоя, милочка. Я и не удивлена, что ты меня не узнала. Мишка где? Позови его к телефону.
Аня аккуратно разбудила супруга и зашептала:
— Ты не поверишь, кто звонит! Мама твоя!
Миша взял трубку:
— Ну здравствуй, сынок, — сказала Юлия Дмитриевна, — что, не ожидал услышать? Думал наверное, что меня уже давно в живых нет?
— Здравствуй. Ну почему же, не думал. Что заставило тебя вспомнить о моём существовании спустя столько лет?
— Причина, Миша, банальная… Я теперь по-настоящему нуждаюсь в твоей помощи. Бог меня, наверное, наказал…
Я, как ты знаешь, во второй раз вышла замуж, много лет жила в Санкт-Петербурге. Денег с продажи моей трёхкомнатной квартиры хватило здесь на двухкомнатную.
У моего мужа, ныне уже покой.ного, был сын, я его с шести лет воспитывала как своего, любила, ни в чём не отказывала.
Три года назад моего мужа не стало, и пасынок уговорил меня переписать на него жильё.
Обещал ухаживать, сказал, что никогда не бросит. Я верила, он же столько лет меня мамой называл…
Он меня выгнал, Миша… Просто выставил за дверь с вещами. Сказал, что я его жене мешаю…
Мне некуда идти. Три дня я провела у соседки и сегодня всё же решила позвонить тебе. Спаси меня, сынок! Я не хочу ум.ирать на улице. Стр. ашно это…
Аня, слушая слова свекрови, плакала. Ей по-человечески было жаль Юлию Дмитриевну. Обида на свекровь как-то сразу забылась.
Михаил выслушал мать и сказал:
— На этот номер можно чуть позже перезвонить? Тебя к телефону пригласят?
— Пригласят, — тихо сказала Юлия Дмитриевна, — куда я отсюда денусь…
Михаил положил трубку и уставился на жену. Аня, вытирая слёзы, супругу сказал:
— Миш, мы не можем её бросить. Если с ней, не дай Бог, что случится, как мы жить-то будем? Это же до конца отмеренного нам срока мучиться от чувства вины придётся!
— Ань, я не хочу её видеть. Она незадолго до см. ерти отца заставила всю недвижимость оформить на неё.
