Ирина вышла из кухни и посмотрела на часы. В это же время, но из гостиной, вышел Семён. И вынес оттуда ещё один собранный чемодан. Он поставил его рядом с другими чемоданами, пакетами, баулами, мешками и коробками, которые заполнили всю прихожую. Осмотрелся. Пересчитал. Достал из кармана список. Сверился. Ещё раз всё внимательно осмотрел. — Ну? — спросила Ирина. — Теперь, надеюсь, всё? Или ещё что-то забыл? Семён нахмурился. — Ты ошибаешься, Ирина, — сказал он, — если думаешь, что я ухожу от тебя, только потому что… Но Ирина не желала слушать оправдательные речи бывшего мужа. — Да мне всё равно, почему ты уходишь, — сказала она. — У тебя теперь есть кому рассказывать свои сказки. Перед ней и оправдывайся. — Зачем ты так? — обиженно спросил Семён. — Я ведь по-хорошему хотел. И когда же ты поймёшь, наконец, Ирина, что в нашей с тобой жизни… — Ты всё собрал? — спросила Ирина. — Ничего не забыл? Семён огляделся вокруг, посмотрел на Ирину и задумался. — А кто его знает, — ответил он. — Может, чего и оставил. Сверюсь со списком. — Сверься. Он снова достал лист бумаги. Начал его читать. — Вчера с Олесенькой всю ночь составляли, — сказал он. — Под утро только и уснули. — Понимаю. — Нет, Ирина, ты не понимаешь. Потому что если бы ты понимала, то ничего этого бы сейчас не было. А мы бы с тобой по-прежнему были вместе. Но твоё неумение прощать… — Короче, — строго произнесла Ирина. — Вещи собраны — прошу на выход. — Тебе повезло, что это не моя квартира, — сказал Семён. — Тогда сейчас собираться и уходить пришлось бы тебе, а не мне. — Зато тебе в любви повезло. — Ну зачем ты так?! Я ведь по-хорошему хочу! — Ладно. Проваливай. Если что по мелочи забыл, после заедешь и заберёшь. — Точно? Ты обещаешь? Не обманешь? А то бывает так, что сначала бывшие жёны говорят одно, а как до дела доходит, то… — Не обману. Обещаю. Только позвони предварительно. Я тебе всё соберу. Приедешь и заберёшь. — А поможешь мне сейчас вещи в машину перенести? — По-твоему, мне делать больше нечего? Сам таскай своё барахло. — Да как же у тебя язык-то поворачивается говорить такое? — обиделся Семён. — Барахло! Это не барахло, Ирина, а упорным трудом и многолетней бережливостью накопленное. — Ладно, ладно, — поспешила согласиться Ирина. — Убедил. Не барахло. Всё равно. Сам его таскай. — А ты ничего не умыкнёшь отсюда, пока меня не будет? — Не умыкну. — А то смотри… У меня список. Я ведь, когда к Олесеньке приеду, обязательно сверюсь с ним. Мы всё проверим. — Проверяйте, — тихо сказала Ирина. — Что? — не понял Семён. — Сверяйся, говорю, — громко ответила Ирина. Через сорок минут, перетаскав все собранные вещи в машину, Семён уехал. Ирина закрыла дверь и облегченно вздохнула, думая, что на этом её мучения с бывшим мужем закончились.
Но она ошибалась. Мучения ещё только начинались.
