— Случай с закодированным женихом — реальный, только он произошел на свадьбе одной из наших однокурсниц. Мы с Алей были там подружками невесты. Родители тогда увезли бедную Катю домой прямо из ресторана, а через неделю они развелись. Я с Денисом тогда даже знакома не была. Кстати, секретарем у него работает очень милая женщина — Лидия Никаноровна. В прошлом месяце мы отмечали ее шестидесятилетие, и Алевтина это прекрасно знает. Зачем она это делает?
–Не зачем, а почему. У вас хорошая семья, обеспеченный муж, умные дети. У вас квартира, вы приезжаете на работу на дорогой машине, да еще и должность новую недавно получили. А что у Алевтины? — спросила Светлана Михайловна.
— Вы думаете, это банальная зависть? Но мы никогда не отказывали ей в помощи! Когда она развелась с Арсением, у нее не хватало денег, чтобы купить комнату, и мы дали ей в долг нужную сумму, даже не оговорив срока — она два года возвращала долг частями. Да и с работой я ей тоже помогла, хотя Денис не советовал этого делать.
— Не помню, кто из великих это сказал, но к вашей ситуации фраза подходит идеально: «Если вдруг вы стали для кого-то плохим, значит, много хорошего было сделано для этого человека». Я вам советую поговорить с Алевтиной Алексеевной. Только не здесь, а где-нибудь на нейтральной территории, как с подругой, а не как с подчиненной.
Дома, рассказывая все мужу, Женя не могла сдержать слез, здесь не надо было «держать лицо».
— Ты, конечно, можешь поговорить с Алевтиной, но, по-моему, это уже не спасет ситуацию, — сказал Денис. Она всегда была рыбой-прилипалой, чуть какие-то проблемы, сразу бежала к тебе. А если Али давно не видно, значит, у нее все отлично. Давай-ка выводи ее из статуса подруги. И побыстрее.
В субботу и воскресенье Женя несколько раз пыталась дозвониться до Алевтины, но та не брала трубку. «Ладно, поговорю с ней в понедельник», — решила Женя.
Но в понедельник было уже поздно.
Как только Женя пришла на работу, ее вызвал к себе Анатолий Иванович:
— Материалы для арбитража по Игнашеву готовы?
— Нет еще, я только сегодня планировала ими заняться, до заседания еще четыре дня, спокойно ответила Женя.
— Какие четыре дня?! Все поменялось! Я сегодня в два часа должен быть в арбитражном суде! Я же еще в пятницу передал вам все материалы!
— Извините, Анатолий Иванович, но я первый раз об этом слышу.
— В пятницу Калерия Александровна болела, вместо нее в приемной сидела Алевтина. Разве она не передала вам мое распоряжение?! Калерия Александровна, пригласите Алевтину! — рявкнул в трубку телефона начальник.
Аля появилась через несколько минут.
— Алевтина Алексеевна, вы в пятницу передали папку Евгении Васильевне? Она утверждает, что нет.
— Как нет? Я ей лично в руки передала. Ксения Николаевна видела — она может подтвердить. Евгения Васильевна взяла у меня папку и пошла к себе в кабинет. Папка и сейчас, наверное, там, — ответила Алевтина, глядя на Женю честными глазами.
