— У нас будет ребенок! — Зина заискивающе смотрела в лицо мужа.
— Не у нас, а у тебя: я не хочу этого ребенка! — жестко произнес любимый. — Хочешь, рожай: запретить тебе я не могу. Но потом не жалуйся!
Какими же жестокими могут быть иногда мужчины! Не хочешь ребенка — не вступай в отношения, которые приводят к его появлению! Это же ясно, как божий день!
Но, нет: уже кто-то завелся на стороне, а ин тим с женой продолжается. И это дает ей надежду, что все не так и плохо. И, возможно, обойдется: любимый муж не уйдет от нее, а останется в семье.
Как все устроится, пока непонятно. Но это для жены совершенно не важно: ведь жена, по ее уразумению, гораздо важнее какой-то дамы на стороне! Да, которая, пытается увести законного мужа из семьи.
Поэтому, муж должен выбрать именно жену. Особенно, если родить еще одного ребеночка: не осмелится же он бросить двоих малюток!
Не осмелится бросить двоих? Ха три раза! Надо же быть такой наивной, чтобы вообразить себе нечто подобное!
Захочет уйти ваш мужик — уйдет! Даже если за его брюки будут цепляться девять малолеток.
Но, как говорится, не стоит отнимать у тигрицы тигренка, а у женщины ее заблуждение. И Зинаида решила родить второго: только так она видела способ привязать к себе начавшего отдаляться мужа.
А в том, что Альберт стал отдаляться, сомнений не было.
Они были женаты уже четыре года — Зина и Альберт. Уже в одном этом чувствовалось несоответствие!
Эти два имени между собой явно не монтировались: муж и жена были явной непарой, как дельфин и русалка, вода и камень, лед и пламень.
Вот, если бы Альберт и Изабелла или Зина и Ваня — тогда бы была полная гармония. А тут чувствовалась нестыковка.
Возвышенное имя Альберт рифмовалось исключительно с мольбертом, десертом и Лаэртом (это из Шекспировского «Гамлета», если кто не в курсе).
А что — Зина? А Зина — только с корзиной, резиной и магазином. Ну, еще и образиной — но это было уже чересчур! Этой рифмы муж Зинаиде не озвучивал, в отличие от остальных.
Ну и зачем было переться с таким именем в калашный ряд, люди добрые? Скорее всего, не стоило и начинать!
Но девушка влюбилась! Да, по самое «не балуй!». А Альберт позволил это сделать! Так в паре происходит очень часто: один любит, а второй позволяет себя любить.
Кавалеру польстило внимание и обожание хорошенькой и наивной девушки, которая слушала его, открыв рот.
А потом все стало происходить, как у великого сатирика: закрой рот, … — я все сказал!
И, несмотря не уже родившуюся в браке дочку, выяснилось, что у них нет точек соприкосновения. То есть, не так: есть, но только — крохотные точечки, крупицы в общей массе недопонимания, несогласия, недоумения и нестыковок.
А то, что казалось мужчине любовью, оказалось не более, чем гормональным всплеском, томлением молодого организма и пол ов ым инстинктом, который никто не отменял. Ай, да: и этим модным нынче л и б и д о…
Нет, Зина-корзина-то Альбертика любила! А вот относительно его стали появляться некоторые вопросы.
