— Что здесь происходит? — Ирина замерла на пороге.Она вернулась из магазина, на кухне слышен звук голосов, лежали незнакомые ботинки у двери.
— Это бабушка пригласила новых подруг! — шёпотом ответил Артём. — Сказала, будет весело.
На кухне сидели Людмила Петровна с двумя подругами, разложив по столу еду. Они оживлённо обсуждали новости.
— О, Ирина! — воскликнула одна из гостьей. — Как у вас уютно!
— Это что? — спросила Ирина, с трудом сдерживая гнев.
— Что ты так удивляешься? — махнула рукой свекровь. — Мы решили немного пообщаться. Ради детей. Им ведь весело?
— Они в комнате. И никто не приглашал вас сюда, — твёрдо произнесла Ирина. — Это мой дом.
Людмила Петровна резко обернулась.
— Ах, вот как? — её голос стал ледяным. — Значит, выгоняешь? Хорошо. Но учти, я это так не оставлю.
Ирина молча стояла у двери, пока гости собирали свои вещи и уходили. Андрей, появившийся в коридоре, только вздохнул.
— Ты дома? — сказал он тихо. — И не прекратил это безобразие?
Ирина от возмущения даже слов подобрать не смогла, горло сжалось от обиды.
—
На следующий день Ирина вернулась домой раньше обычного и сразу заметила, что в квартире что-то не так. На полках было все переставлено до неузнаваемости, на видном месте вместо бумажных красовались жуткие вафельные полотенца в цветочек. В мусорной корзине оказались ее овощечистка, чеснокодавилка, ее любимая кружка, китайские палочки для суши и еще несколько мелочей. В гостиной Людмила Петровна пила чай с детьми, на столе стояли её лучшие бокалы.
— Вы снова здесь? — голос Ирины дрогнул. — Как вы попали?
— Катя дала ключ, — невозмутимо ответила свекровь. — Это ведь ради детей. Они скучали.
Ирина повернулась к дочери.
— Бабушка попросила. Это был секрет, — прошептала Катя.
— Мама, вы не должны брать ключи без разрешения, — Ирина пыталась сдержаться.
— Разрешения? — фыркнула свекровь. — Это дом моего сына. Мне не нужны твои разрешения.
В этот момент вошёл Андрей. Его взгляд метался между женой и матерью.
— Мама, мы же договаривались, что ты не будешь приходить без предупреждения, — тихо сказал он.
— Договаривались? — Людмила Петровна резко поднялась. — Андрей, ты забыл, кто тебя вырастил? Я жила ради тебя! А теперь эта… — она бросила презрительный взгляд на Ирину. — Учить меня будет?
— Никто вас не учит, — Ирина постаралась говорить ровно. — Но здесь живёт наша семья, а не ваша. И я попрошу предупреждать лично меня по телефону о ваших визитах и не менять ничего в моем интерьере. Я потом после вас ничего найти часами не могу.
— Ах, семья! Значит, я чужая? — свекровь с силой захлопнула свою сумку. — Выбирай, Андрей. Или я, или она!
Она вышла, хлопнув дверью, оставив после себя гнетущую тишину. Ирина опустилась на стул, чувствуя, как накатывает усталость.
— Это не может продолжаться, — сказала она вечером, когда дети уснули. — Твоя мама разрушает нашу жизнь и в этом городе. Ради чего мы переезжали? Зачем ты помог ей снова поменять квартиру рядом с нами? Мы должны что-то сделать.
