Мужчина тогда и не подозревал, что подзатыльник, выданный сыну в порыве бессильный злобы, обернётся большими проблемами.
Стены в новой квартире были, как будто бы, картонными. Соседям друг друга было прекрасно слышно. Когда мать и сын в тысячный, наверное, раз ссорились, Семён неожиданно подскочил к стенке, со всей силы ударил в неё кулаком и заверещал:
— Только не бей, я прошу тебя! Пожалуйста, не надо, мамочка! У меня ещё синяки с прошлого раза не зажили!
Кристина осталась стоять посреди комнаты с открытым ртом. Расстояние между ней и сыном было как минимум 3 метра, она и пальцем его не трогала:
— Это что такое? — возмутилась мать. — Ты что за цирк устраиваешь?
— А это только начало! — ухмыльнулся Семён. — То ли ещё будет! Мамочка, вы с отцом за всё ответите.
Через час у дверей квартиры стояли представители опеки и полиции. Перед ними Семён разыграл концерт, рассказал, как его избивают, морят голодом, не позволяют развиваться и общаться со сверстниками.
Кристина пребывала в ужасе — она не понимала, за что так с ней поступает родной сын.
Вызвали с работы отца. Анатолий попытался объяснить правоохранителям, как ситуация обстоит на самом деле, но его слушать никто не стал.
А представители опеки беседовали с мальчиком наедине:
— Ребенок с нами уезжает! — объявил ошарашенным родителям глава комиссии. — Готовьтесь к лишению родительских прав за те ужасы, которые о вас рассказал ребёнок. Да будь моя воля, я бы вас обоих за решётку лет на 20 за такие проделки упекла!
Семёна забрали в интернат, где он упивается своим положением жертвы. Всем, кто готов его слушать, рассказывает, как долгие 15 лет родители над ним издевались.
Кристина и Анатолий не знают, что делать — супруги очень боятся, что у них заберут и младшую дочь.
В глубине души Кристина готова навсегда проститься со старшим сыном — уж лучше пусть её лишат родительских прав, чем она продолжит терпеть побои от родного ребёнка.
Автор: Екатерина Коваленко
