Вероника осталась стоять посреди комнаты. Виктор не заметил ни её новый маникюр, ни костюм, хотя старалась она именно для него. В последнее время её старания слишком часто проходили зря, а супруг был так занят, что не видел ничего вокруг.
Устав от одиночества, женщина решила, что не таким представляла себе свой отпуск, и что ей обязательно нужно отправиться к Жене и Кате, чтобы повидать маленькую внучку.
Войдя в квартиру, Вероника Александровна тут же заметила царящий в ней бардак и поморщилась. Ещё больше её расстроил вид невестки. Та полулежала на кровати и кормила малышку. Спутанные волосы, огромная футболка, которая, однако, не скрывает оставшийся большим живот. Вид, прямо сказать, не самый привлекательный.
Не менее удивительным было поведение сына. Женя ходил по квартире, то собирая вещи в стирку, то принося Кате йогурт или чай. По его виду несложно было догадаться, что новоиспечённый отец счастлив, как никогда.
— Мам, ты чувствуй себя, как дома. Сейчас я тебе чай налью. Где-то у нас были конфеты.
Посидев за столом и понаблюдав за происходящим, Вероника невольно присоединилась к домашней суете. Она вымыла посуду, покачала малышку, пока Катя была в душе, сходила в магазин за фруктами, посчитав невестку слишком бледной. Когда они более-менее разгребли дела, было так поздно, что возвращаться домой просто не осталось сил. Для гостьи разложили и застелили диван, где она благополучно заснула, не умывшись и переодевшись на быструю руку в футболку сына.
На следующий день Вероника Александровна зашла в свой дом и, проходя мимо зеркала в прихожей, не узнала стоящую напротив женщину. Под глазами синяки, потому что не выспалась и не смогла толком смыть косметику, на одежде пятна, волосы собраны в пучок и торчат в разные стороны. Она подошла поближе и пригляделась. Несмотря на всё внешнее «безобразие», глаза светились счастьем, и даже усталость в теле была очень приятной.
Странно ощущать, как прошлые убеждения перестают казаться правильными. Совсем недавно Вероника находилась в полной уверенности, что её невестка — глупая, а сын — несчастлив, но теперь всё это осталось в прошлом. Женя с такой любовью укачивал дочку и заботился о Кате, а она так спокойно и терпеливо учила его менять памперсы, мыть и одевать девочку, хотя сама ещё всего боялась — не может быть такого, чтобы эти люди делали что-то против воли или делали плохо.
— Можно я к вам ещё приеду на днях? — поинтересовалась женщина, позвонив им вечером.
— Конечно, — улыбнулся Женя и с удивлением посмотрел на жену.
Они переглянулись, словно обмениваясь мыслью: «Это что-то новенькое, но это, кажется, именно то, чего нам не хватало».
