То есть, мужем предлагалось сделать то, что было ранее озвучено Лидией Петровной: накопить на первый взнос путем сдачи квартиры.
Но тут жена заупрямилась: просто — ни в какую! Хотя, даже копить уже было не нужно: муж собирался отдать свои накопления…
— А давай, ты оплатишь первый взнос своему Димке! И потом будешь помогать ему! А твою квартиру будем сдавать!
— Но почему, Лидуша?
— Из принципа!
— Из какого? Я предлагаю тебе разумное решение! К тому же, это — моя квартира. Почему я не могу подарить ее своему сыну?
— В таком случае, и я буду решать, кто будет жить в моей квартире. Понятно?
Василию было понятно только одно: ему прозрачно намекнули, чтобы он шел! Опять шел? Опять — как же это, вашу мать, извините, понимать? Так, что ли?
Был вариант отказать сыну и извиниться. Но выходило, что он опять пошутил! Вот Ирка-то обрадуется: Я всегда говорила, что твой папочка — козел!
Или попытаться рассказать Лидии про сон и маму. Но уверенности, что его не сочтут клиническим идиотом, не было.
А он козлом не был, и идиотом тоже. И поэтому мужчина ушел.
Да, от красивой, самодостаточной жены с прекрасным чувством юмора, которая совершенно этого не ожидала: ведь он за год практически ни разу не вспомнил о сыне!
С чего это вдруг такой аттракцион неслыханной щедрости? И такая же неожиданная категоричность?
А квартиру Василий Владимирович юноше, все-таки, подарил! Да! А сам ушел в съемную комнату к одной бабульке.
По этому поводу Ирка с Димой позвали его в ресторан отметить приобретение: впервые за много лет!
И после пары бокалов шампанского он совершенно другими глазами посмотрел на все еще одинокую бывшую жену, которая прекрасно выглядела. И даже начала с ним кокетничать…
И хрен бы с ним — отсутствием чувства юмора: остальное-то у них было хорошо…
