— Мама, что ты от меня хочешь? — не поняла она.
— Ты должна переписать квартиру на Леру, а сама перебраться ко мне! Молодой семье тут будет хорошо. А ты у меня хоть ремонт сделаешь, все равно при деньгах!
Внутри у Оксаны что-то сломалось от слов матери.
— Это моя квартира, ты не забыла? Ее мне передала бабушка по папиной линии. Лера тут вообще никто!
— Вот как ты заговорила? Я всегда знала, что ты в своего отца пошла. Такая же наглая и эгоистичная!
Оксана хлопнула рукой по столу.
— Хватит! Хоть я и не напоминаю об этом постоянно, но я не забыла, как ты меня из дома выгнала! Мне пришлось искать жилье, работу, все это совмещать с учебой! А жениха Леры ты спокойно пустила в свой дом! Хотя меня — родную дочь — выставила, чтобы Лерочке тесно не было!
Оксана выплеснула всю боль и обиду, скопившуюся в ней за долгие годы. Она даже не заметила, как начала плакать.
Но Тамару было не пронять. Она махнула на дочь рукой.
— Вот еще, ты придумываешь. Сама ушла, потому что не хотела работать по дому! А теперь завладела целой квартирой и думаешь, что ни с кем делиться не придется? Нет, милочка, здесь будет жить Лера!
— Нет, — сухо и жестко ответила Оксана. — Я сюда никого не пущу. Шесть лет вас не видела, и это были лучшие годы в моей жизни! Никто не наседал на меня, не обвинял ни в чем. Я была свободной, мама. А папа и Гена ушли потому, что с тобой просто невозможно жить под одной крышей!
— Вот как ты заговорила! Я в тебя столько вложила: сил, времени, денег. А ты характер показываешь? Ну, ничего, я еще своего добьюсь! По закону отберу у тебя квартиру, а к себе не пущу! На улице останешься!
Оксана принялась выталкивать мать за дверь. Когда Тамара уже была на лестничной площадке, дочь крикнула вслед:
— У тебя ничего не получится. И забудь, что я существую! Мы больше не семья!
Она громко хлопнула дверью, отрезая себя от женщины, которая окончательно стала ей чужой.
На следующий день поменяла замки, на всякий случай, а потом укатила к бабушке в деревню.
Эта глава ее жизни окончательно закончилась.
