Вернулась Ирина довольно поздно. Она привычно открыла дверь своим ключом и вошла. В квартире было темно, лишь из комнаты, где поселилась Женя, пробивался свет. Слышался голос Виктора. Ирина подошла поближе.
— И как ты только додумалась сюда притащиться? — напористо говорил Виктор.
— Меня с квартиры выселили, неожиданно! Я с оплатой опоздала! — оправдывалась Женя.
— Я же тебе во время перевел, куда ты опять потратила? И ведь каждый раз так! — возмущался Виктор.
— Я тебе пыталась позвонить, а ты вне доступа был.
— Девочка моя, мы же договаривались, со второго перевода платишь за квартиру, остальное, как хочешь…
— Я почему-то очень бургеров хотела, и сейчас хочу. Прямо до слез, — и она действительно всхлипнула.
— И что, все проела? — удивился Виктор.
— Не все… осталось, конечно… Думала хозяйка подождет, как прошлый раз, а она говорит: «Завтра освобождай квартиру!», — торопливо говорила Женя, — ну, Витенька, закажи уже бургер, пожалуйста!
— Сейчас! — в нетерпении выкрикнул Виктор.
В комнате повисла тишина.
— Все! Через полчаса доставят, — послышался успокаивающий голос Виктора.
— Спасибо! — за дверью громко и влажно прозвучал поцелуй.
— А сюда-то ты зачем пришла? — опять пытал Виктор. — Что больше некуда было? У подружек бы перекантовалась, я бы порешал, когда связь появилась…
— У Машки жених приехал, не пустила меня. С Оксанкой мы поругались еще на той неделе, и к этой Веронике я не пойду больше…
— А про дочь ты сама придумала? — послышался негромкий вопрос Виктора.
— Ага! А надо было сказать: «Здрасьте! Мы с Вашим мужем любим друг друга и у нас будет ребеночек!», — сквозь слезы заговорила Женя.
— И, что теперь делать? Где я отца твоему ребенку возьму? Ира говорит:
«Помоги дочери! Поддержи!»
— Что ты все Ира, да Ира?! — Женя опять всхлипнула. — Она тебе никак родить не может, а я рожу! Я тебя люблю и любить буду! Она стареет, и ты это видишь, а я еще долго буду молодая и красивая!
Ирина едва не вскрикнула. Прикрыв рукой губы и сдерживая желание тут же ворваться к ним в комнату, она тихонько открыла входную дверь и вышла. Лишь спустившись во двор, позволила боли вместе со слезами вырваться…
Она шла вокруг дома, давая легкому теплому ветру высушить глаза. Острая боль почти ощутимо сменилась ноющей.
Теперь, двигаясь по освещенной дорожке, она исподволь, как будто со стороны наблюдала, как в глубинах ее сознания зреет решение. Чтобы оно дозрело, Ирине пришлось повторить маршрут.
Зазвонил телефон.
— Привет, Витя! — непринужденно ответила Ирина.
— Что-то ты долго сегодня? — теперь ей казалось, что в голосе Виктора сквозит фальшивая забота.
— Сейчас буду, пройтись решила! — соврала она.
— Поторопись! Женьке до слез бургера захотелось… По такому случаю я еще всяких вкусняшек заказал, — весело наговаривал Виктор.
— Балуешь ты дочку! — Ирина изобразила шутку.
— Да не дочку, а внука, ну или внучку, может быть! — в ответ пошутил Виктор.
