— Милые гости, а не пора ли хозяевам отдохнуть? — возмущённо сказала Лана, словно вскипевший чайник.
— А что такое? — искренне изумилась Зоя Аркадьевна, свекровь, не уловив ноток гнева в голосе невестки.
— Вам домой-то не пора? Ремонт ведь вроде закончили!
— Ну и что? Мне и у вас отлично! — свекровь даже улыбнулась.
— А ну-ка быстро свои вещи собрали — и за дверь! — взорвалась Лана. Никаких сил больше не оставалось терпеть. Зоя Аркадьевна поселилась у них «временно» почти три месяца назад, и с тех пор Лана каждый день срывала по одной жилке из терпения.
Муж Ланы, Игорь, дернулся было что-то сказать, но умолк, как только Лана метнула в его сторону взгляд, способный прожечь дыру в бетоне.
Если бы Лана знала, чем всё это закончится, она бы заблокировала в зародыше «гениальную» идею Игоря пригласить маму к ним, пока та делает ремонт в своей квартире в Новокурске.
Семья у них была обычная: женаты восемь лет, дочка Мила недавно пошла в школу. Игорь давно подначивал Лану на второго ребенка, но она предпочитала делать вид, что не слышит намёков. Опыт с первыми годами Милы запомнился ей нервами, бессонными ночами и малюсенькой однушкой в промзоне, где они ютились до тех пор, пока не умерла бабушка и не оставила Лане трёшку в Старосельске.
Казалось, теперь можно дышать свободно. Лана даже наладила подработку — шила на заказ платья и пижамы, зарабатывая понемногу на ремонт. Мама Ланы нередко приезжала помочь с Милой, а вот от Зои Аркадьевны — не то, чтобы помощи не было. Было сплошное раздражение.
— Ну как вы там, молодые родители? — звонила свекровь сыну. — Я вот фото посмотрела — ребенок без шапки! Ты на жену влияй, пока она вам дочку не простудила!
— Мам, там же +20 было, ты чего?
— Она бестолочь, а ты тряпка! А дочка ваша ухо застудит — и инвалидом станет!
— Ну так приедь, погуляй с ней сама…
— У меня что, дел нет? Не то что мать этой твоей… Только и делает, что в доме у вас околачивается!
Игорь старательно не пересказывал Лане мамины слова. Но Лана и сама понимала — близкой дружбы с этой женщиной не выйдет.
Она была не против редких формальных визитов. Но когда Игорь однажды заявил:
— Ланочка, маме надо к нам на пару недель — у неё ремонт, краской пахнет, пыль, да и астма у неё…
— А у её дочери что, тоже ремонт? — напряглась Лана.
— У Наташки однушка, теснота, дочка грудная… Мамке у нас будет лучше. И нам помощь, и ей покой.
— Помощь? От Зои Аркадьевны? За восемь лет ни дня помощи, зато каждый раз — морали, кривые взгляды и язвительные комментарии.
— Лан, ну пожалуйста… Всего две недели…
— Хорошо. Но скажи ей, чтоб ни слова против моей готовки, ни единого намёка на то, как воспитывать Милу, и чтобы не вмешивалась в нашу жизнь. Иначе — чемодан, вокзал, Новокурск.
Игорь согласился. Он знал: мать — женщина резкая, может сорваться. Он надеялся, что всё обойдётся.
Зоя Аркадьевна приехала в 6 утра, таща два чемодана и пакет с банками. С порога началось:
— Это что? Раскладушка? — ткнула она в диван в комнате Милы.
