Катя уже шесть лет жила одна. Работа стала ее убежищем. Она усердно трудилась, строила карьеру, доросла до завуча. За эти годы несколько раз у Кати была возможность устроить свою личную жизнь. Были мужчины, проявлявшие к ней интерес, но она ухажеров к себе близко не подпускала — боялась, что придется еще раз пережить те же эмоции, что и перед свадьбой, когда бросил жених. Страх снова испытать боль, снова почувствовать себя обманутой и брошенной, был сильнее желания обрести счастье. С отцом Катя практически не общалась. Дмитрий пытался несколько раз наладить отношения, звонил, периодически предлагал встретиться, но Катя отвечала холодно и отстраненно. Дмитрий к этому времени раскрутил бизнес, стал человеком влиятельным и обеспеченным. Он купался в роскоши, ни в чем себе не отказывал. Рита возомнила себя светской львицей, она и раньше-тоне работала, а теперь и вовсе тратила деньги супруга направо и налево: посещала светские мероприятия, путешествовала по миру. Расплата за содеянное настигла Риту неожиданно. Она, как-то поддавшись на уговоры подруг, захотела испытать острые ощущения и прыгнула с парашютом. Она всегда любила экстрим, но на этот раз все пошло не по плану. Приземление получилось неудачным. То ли из-за ошибки инструктора, то ли из-за порыва ветра Рита получила серьезную травму. Она сломала обе ноги, повредила позвоночник и оказалась прикована к инвалидной коляске. Дмитрий сразу сбежал. Жена-инвалид, прикованная к коляске, ему была не нужна. Он привык к красивой, активной, блистательной Рите, а не к беспомощной женщине, требующей постоянного ухода. После выписки из больницы Риту водитель мужа привез не домой, в их просторный загородный особняк, а к ее матери, в старую, обшарпанную двухкомнатную квартиру на окраине города. Водитель помог Рите выбраться из машины и докатил коляску до подъезда. Он выгрузил ее вещи, скромно сложив их возле входной двери. — Дмитрий Александрович просил передать, — сказал водитель, протягивая Рите конверт. — здесь документы и немного денег. С этими словами он развернулся и уехал, оставив Риту одну возле подъезда. Она сидела в коляске, глядя на уезжающую машину, и слезы текли по ее щекам. Когда Рита пришла в себя, она открыла конверт. Там был паспорт, свидетельство о браке и деньги — ровно столько, чтобы хватило на несколько месяцев скромной жизни. Почти сразу из подъезда вышла мать Риты. О том, что дочь будет жить у нее, женщину никто не предупреждал. Ада Сергеевна увидела дочь, сидящую в коляске, и ахнула от ужаса. — Рита! Что с тобой случилось? — закричала мать, подбегая к ней, — что произошло? Рита, захлебываясь слезами, рассказала матери о случившемся. О прыжке с парашютом, о травме, о том, как ее бросил Дмитрий. И о жалкой подачке, которую напоследок ей выдал муж. Мать молча обняла ее, прижала к себе и заплакала вместе с ней. — Не плачь, доченька, — сказала мать, сквозь слезы, — мы справимся. Я буду заботиться о тебе. Ты не одна. Ада Сергеевна побежала по соседям. Двое крепких мужчин подняли Риту наверх. Квартира была тесной и неуютной, давно не видавшей ремонта, но для Риты она сейчас была единственным местом, где она могла найти утешение и поддержку. Рита, оглядывая давно уже забытый интерьер, впервые пожалела о том, что не помогала финансово матери. Вечером того же дня Дмитрий позвонил Рите. — Как ты устроилась? — спросил Дмитрий. — И ты еще спрашиваешь? Ты бросил меня, Дима, — ответила Рита, сквозь слезы, — ты выкинул меня, как сломанную куклу. Как ты мог так поступить? — Я не могу содержать инвалида, — ответил Дмитрий, — вернее, могу, но не хочу. Ты теперь обуза для меня, я не собираюсь тратить свою жизнь на уход за тобой. — Но я же твоя жена! Ты клялся любить меня в горе и в радости! — крикнула Рита в трубку. Дмитрий хмыкнул: — Жизнь диктует свои правила. Я подаю на развод, Рит. Адвокат свяжется с тобой. Пока еще законный муж бросил трубку. Рита сидела в коляске, держа телефон в руке, и рыдала от бессилия и отчаяния. Именно тогда впервые в ее голове мелькнула мысль: а может, не стоило пакостить людям? Сколько горя она кому-то принесла…
