— Да что ты постоянно трезвонишь по поводу этих денег? — орал Арсений на бывшую супругу, — ну нет их у меня, понимаешь? Нет!
Я, между прочим, двоих детей воспитываю, ты хотя бы немного представляешь, какие это расходы?!
— Представляю, — тихо отвечала Кира, — Сеня, у меня вообще-то тоже двое детей. Наших, между прочим, общих.
Я не справляюсь одна. Неужели ты не понимаешь?
Я зарабатываю 40 тысяч, 25 отдаю за аренду квартиры, ещё нужно оплачивать свет и воду.
Нам остатков зарплаты на продукты денег на месяц не хватает! Я есть стараюсь один раз в день, чтобы только дети сыты были…
После развода с мужем Кира жила очень плохо. Арсений родным сыновьям помогать отказывался, у него были другие приоритеты — дети второй супруги.
— И что? — парировал Арсений, — я помогать не отказываюсь! Обязательно выплачу тебе долг по алиментам, когда будет возможность. Сейчас её нет.
Не доставай меня этими бесконечными требованиями! От того, что ты мне названиваешь каждый день, у меня денег больше не появится.
И вообще, ответственность за детей лежит на обоих родителях! Ты что же думала, после развода сядешь на мою шею и пацанов туда же посадишь?
Нет, не выйдет!
***
Кира старалась улучшить свою жизнь, но у неё получалось это плохо.
Друзья в долг больше не давали — прекрасно знали, что не отдаст. Родственники как-то тоже быстро от несчастной женщины отвернулись, когда узнали, что Кира сама, своими собственными руками, разрушила крепкую, по их мнению, семью.
— Тоже мне, барыня нашлась! — высказывала дочери Антонина Алексеевна, — все бабы терпят, за мужиков держатся, хотят, чтобы у их детей отец был.
А эта из-за какой-то эсэмэски на развод подала! Вот и живи теперь, как хочешь.
Гордостью своей в магазинах плати, а ко мне не приставай! Я на пенсию живу, помочь мне тебе всё равно нечем!
***
У Киры очень болела душа за сыновей. Когда мальчишки в магазине выпрашивали у неё шоколадку то она, зная, что в кошельке последняя тысяча на неделю, искала повод, чтобы мягко им отказать.
На всю жизнь, наверное, Кира запомнила недавний случай. Когда очередь в магазине была готова её рас. тер.зать:
— Что, нравится смотреть, как дети плачут? — укорила Киру какая-то женщина в норковом полушубке, — сама-то, небось, жр.ёшь в три горла, а детям какие-то копейки на леденец жалеешь?
— Вот он, пример современной мамашки! Совсем бессердечные, — поддержала даму другая презентабельно одетая покупательница, — они для себя живут!
Не то, что мы — выкраивали с зарплаты, работали, себя не жалея. Все — для детей!
Что таращишься? Не стыдно тебе?
Кира из магазина выбежала пулей, даже покупки свои нехитрые оплачивать не стала.
Дома мальчишки запросили ужин, Кира пожарила детям последнюю картошку, а сама легла спать голодной.
***
— Валерий Борисович, пожалуйста, дайте мне дополнительные смены, — просила руководителя Кира, — у меня сейчас сложная жизненная ситуация и я готова перерабатывать!
