— Нет, нет, это не пойдет! — возмутилась Зинаида Григорьевна, когда увидела в каталоге у Зои подборку обоев. — Вы кого решили насмешить? Это вовсе несерьезно. К тому же у вас восточная сторона, нужно зеленоватый оттенок, а это что такое?
Её пальцы нервно стали стучать по иллюстрации.
— Но они будут сочетаться с диваном и цветом наших шкафов, — постаралась возмутиться невестка.
— Вот ещё! — холодно ответила Зинаида Григорьевна. — Вот эти покупайте! — и она указала на ляпистые обои, которые вполне могли бы подойти для коридора, но не для гостевой комнаты.
В прошлый раз свекровь чуть ли не устроила истерику, когда Максим не утвердил с ней цвет кухонного гарнитура, и вот опять новое испытание.
И это продолжалось каждый раз. Неважно, что молодожёны покупали — телевизор, обувь или даже себе одежду. Свекровь всегда принимала участие и почему-то всегда была недовольна тем, что выбирает Зоя или муж.
Также читайте: Журнал «Он & Она»
Окна в квартире молодожёнов выходили на солнечную сторону. Зоя любила солнце, чтобы в квартире было светло и ярко. Однако зимой ей не хватало света, поэтому, не спросив разрешения у свекрови, она закупила бледно-жёлтые обои, которые как раз будут сочетаться с ковром и половым покрытием.
Муж весьма скептически отнёсся к её решению, однако не стал возражать. Он помог ей ободрать старые обои, на что ушло много времени. Затем развёл клей и, в центре комнаты стал раскатывать рулон. Жена, засучив рукава, приступила к работе. Уже к вечеру комната преобразилась: даже от одной лампочки стены сияли.
— Ну что, скажешь? — обратилась к Максиму хозяйка дома.
— А ты знаешь, — с философским видом начал было мужчина, — мне нравится.
— И мне! — согласилась с ним Зоя.
Квартира была трёхкомнатной со стандартной планировкой: две спальни и одна проходная, которая выступала в роли гостевой.
Вечером Максим с гордостью сообщил матери, что они обновили обои. Зинаида Григорьевна, уже на следующий день, пришла с проверкой.
— Что это? — возмутилась женщина, как только вошла в комнату.
— Вам нравится? — всё ещё восхищаясь своей работой, спросила невестка.
— Какое убожество! — в своей характерной манере возмутилась свекровь.
«Ну, началось», — подумала про себя Зоя, но не ожидала столь бурной реакции на то, что последовало дальше. Лицо Зинаиды Григорьевны покраснело от злости, а руки затряслись. Складывалось впечатление, что именно её спальню обклеили столь нелепыми обоями. Не говоря ни слова, женщина подошла, ногтями подцепила край обоев и резко дёрнула.
— Что вы делаете?! — крикнула невестка.
— Убожество! — ещё раз произнесла свекровь.
— Прекратите! — закричала Зоя.
Но женщина резким движением уже отрывала то, что хозяйка дома вчера с такой любовью поклеила. Зоя с ужасом смотрела, как её труд уничтожают, а свекровь с остервенелым видом продолжала рвать обои.
На крик жены из кухни выбежал Максим.
— Мам, остановись! — потребовал он, но женщина не обратила внимания на его слова. Она подошла к другой стене, найдя стык в обоях, и продолжила рвать.
