Удар сверху выбил сознание вон. Разгибаться ей пришлось совсем в другом месте.
— О, новенькая очухалась! — послышался голос из темноты. — Очередная с добрым сердцем!
— А ты кто? — спросила Люда, вглядываясь в темноту.
— Такая же, как и ты! Ребеночка пожалела! А теперь твоя подруга по несчастью!
— Эй! — крикнула Люда. — Вы понимаете, что это незаконное лишение свободы?
— Не ори! — спокойно сказал голос из темноты. — Была тут одна, тоже покричать любила. Анькой звали.
Так вот организаторы нашего досуга, перед тем, как отметелить ее до потери сознания, вкрадчиво объяснили, что никого в округе нет, и глотку она может рвать сколько угодно.
А если у них, что в курсе, нервы сдадут, то будет хуже!
— Куда уж хуже! — возмутилась Люда, но желание покричать как-то отпало.
— Ты, наверное, оптимистка, а я уже знаю, что бывает намного хуже! Меня, кстати, Раисой зовут, а тебя?
— Люда.
— Ну, пока сидеть будем, считай, подругами стали! — послышался хрипловатый смешок. — Я тут уже четверых пережила…
— Слушай, а что им от нас надо-то? — спросила Люда.
— Имущество! Что же еще? — еще один смешок. — Говорят, как отпишешь на них все, так и отпустят!
— Правда? В смысле, правда, что отпустят?
— Кто ж знает? — Раиса закашлялась. — Может, отпускают, а может и прикапывают. На кой им свидетели?
— А ты тогда почему так долго тут? Или имущество найти не могут? — Люда заподозрила в собеседнице соучастницу похищения.
— Долевое владение, — ответила Раиса. — Их представитель с моей доверенностью изыскивает возможность обмена частей на что-то единое! Комбинаторы, фиговы!
— Значит, для оформления бумаг они могут нас отсюда вывести?
— Ага, к нотариусу. А потом, типа, отпускают!
— А чего ты такая спокойная? Они, как твои доли разменяют, с тобой все решат. Тем более, ты сама не веришь, что отпустят!
— Надежда у меня есть, что пока они с моим имуществом валандаются, меня искать начнут! И очень надеюсь, что найдут живой!
Люда нервно сглотнула и замолчала.
Время тянулось безбожно медленно. Угнетала темнота, затхлость и неопределенность.
Раиса больше разговаривать не хотела, просто сопела где-то в темноте.
Вечером, а может и через пару часов, в потолке открылся люк, резанув по глазам светом электрической лампочки, и послышался голос:
— Новенькая! Тебе объяснили, что к чему?
— Да, — сипло ответила Люда.
— Отписываешь квартиру и машину и можешь топать на все четыре стороны!
— Хорошо, — сразу согласилась Люда.
— Какой сговорчивый контингент! — хохотнули наверху. — Тогда спи, завтра с утра поедем! И на ведро сходить не забудь!
Никаких «пустите в туалет» не прокатит, пока документы не подпишешь!
Поняла?
— Да!
А утром у нее спросили:
— Чего не сходила на ведро? Стесняешься?
— Я на диете, — проворчала Люда, — нечем! И ужина, как бы, не было…
