Этот рассказ заставит вас переосмыслить значение слова «семья». — Разговаривать? С тобой? Да у меня нет ни малейшего желания. И, между прочим, голосок свой ты поубавь!
— Да хоть орать буду, тебе какое дело! Ты обязана выслушать!
— Обязана? Да лучше я с мусорным баком поговорю, толку больше! Уходи.
— С чего вдруг я должен уходить?! Это и мой дом когда-то был!
— Когда-то был, да сплыл. Дверь захлопнулась для тебя два года назад, забыл?
Часть 1. Непрошеные гости
— Да открывай ты, чёрт побери! Анфиса! Ну сколько можно прикидываться глухой?!
— Кто там ломится? А, Борис? Это ты? Притащился ближе к ночи?! Что тебе надо?
— Я требую пустить меня в дом! Слышишь?!
— Ничего я не слышу, кроме твоих визгов. Да говори быстрее, я ужин готовлю.
— Ужин… Ужин у неё на уме! Ты совсем спятила, что ли? Я пришёл разговаривать!
— Разговаривать? С тобой? Да у меня нет ни малейшего желания. И, между прочим, голосок свой ты поубавь!
— Да хоть орать буду, тебе какое дело! Ты обязана выслушать!
— Обязана? Да лучше я с мусорным баком поговорю, толку больше! Уходи.
— С чего вдруг я должен уходить?! Это и мой дом когда-то был!
— Когда-то был, да сплыл. Дверь захлопнулась для тебя два года назад, забыл?
— Я, между прочим, всё осознал. Галина меня кинула, вернее я сам от неё сбежал! Понял, что ошибся, понял, что ты — лучшая!..
— Сбежал он! Из одного болота в другое! Слушай, не беси меня. И не ори под дверью, Марина спать скоро ляжет!
— Плевать я хотел, кто там и что. Это моя дочь. И я хочу её видеть. Сию же минуту!
— Выражайся хоть чуть-чуть приличнее, если к ребёнку пришёл.
— А что, нельзя мне поругаться? Может, я два года копил в себе злость!
— Так и катись туда, где потратил свои два года, мне всё равно.
— Уймись, я не хотел криков… Пропусти, поговорим, сейчас же! Или мне дверь выламывать?!
Анфиса тяжело вздохнула, с раздражением скривила губы, но всё же открыла дверь и отступила в сторону, позволяя бывшему мужу зайти в коридор. Борис почти ввалился в квартиру, отталкивая её рукой, но тут же остановился, увидев, как в комнате мелькнул силуэт маленькой Марины.
— Мариночка! Иди сюда, папка пришёл!
— Не кричи на весь дом! Ей страшно станет от твоих визгов.
— Страшно?! Да в нашей семье вообще всё перевернулось вверх дном!
— У нас больше нет общей семьи, не понял?
— Понял. Слышишь, Анфис, ты не можешь вот так меня отфутболить!
— Борис, правда? Ты это серьёзно? А ты в прошлый раз как-то смог хлопнуть дверью и сбежать без оглядки.
Она резко развернулась и направилась на кухню, оставив нежданного гостя стоять посреди прихожей. Борис ещё раз что-то пробурчал — набор ругательств, которые совсем не годились при ребёнке, и пошёл за ней.
— Знаешь, я всегда любил твои котлеты. Вроде и сейчас пахнет вкусно.
— Не притворяйся добрым. Твоё лицемерие не спрячешь за голодным желудком.
Борис остановился, сжал кулаки, но всё же усмехнулся с язвительной ухмылкой:
— Тон у тебя, конечно, ледяной. Прямо как у меня в последние месяцы с Галиной. Ты, видимо, заразилась её манерами.
