— Ну она же моя сестра. Как я могу с неё брать деньги?
Марина не ответила. Она чувствовала, что уходит в сторону от центра событий в своей собственной жизни.
А через несколько дней она услышала, как Вика разговаривает по телефону на кухне.
— Нет, я тут теперь. У брата. У них двушка, но я в зале сплю. Думаю, надолго останусь, — хихикнула Вика. — Не переживай, она и пикнуть не посмеет. Дом её, а муж — мой брат. Разберёмся.
Марина застыла в коридоре. У неё сжалось сердце.
Вечером она подошла к Олегу.
— Я больше так не могу. Она не просто гостья. Она ведёт себя как хозяйка.
— Ты преувеличиваешь, — вздохнул он. — Просто ей тяжело. Ты ведь добрая, ты поймёшь.
— Пойму. Но это наш дом. Я тоже имею право голоса.
— Ты ведёшь себя эгоистично, Марина, — резко сказал он. — Сестра в беде, а ты думаешь только о себе.
— Нет, я думаю о нашей семье. Я не хочу, чтобы между нами из-за неё возникла стена.
Олег встал из-за стола и ушёл в спальню, хлопнув дверью.
Со временем стало только хуже. Вика начала вмешиваться буквально во всё.
— Ты зачем эту скатерть постелила? — спросила она однажды. — Цвет ужасный. Надо выбросить.
— Это подарок от мамы, — тихо ответила Марина. — И мне он дорог.
— Фу, старьё. Я бы на твоём месте давно уже всё переделала.
Однажды Вика даже начала указывать, что и как готовить.
— Макароны с курицей? Серьёзно? Это еда для студенческой столовой.
— Мне нравится. И Олегу тоже, — возразила Марина.
— Неудивительно, что он начал засиживаться на работе, — ядовито усмехнулась Вика. — Тут и есть нечего.
Марина не узнавала ни мужа, ни свою жизнь. Олег стал замкнутым, всё чаще приходил поздно, и, похоже, действительно избегал ужинов дома.
— Ты останешься сегодня? — спросила она однажды, когда он, одетый, собрался выходить в десятом часу вечера.
— У нас встреча по проекту. Срочно, — буркнул он и, не поцеловав, ушёл.
Марина заплакала. Её дом, её брак, её стабильность — всё трещало по швам.
Вика чувствовала власть. Она даже завела привычку приводить домой подруг.
— Это что за вечеринка у нас? — поразилась Марина, увидев полный зал девушек.
— Расслабься, хозяйка. Мы просто собрались, выпьем вина, поболтаем. Никому не мешаем, — с улыбкой ответила Вика.
— А что ты сделаешь? Выгонишь меня? Попробуй только. Брат будет в восторге.
И она знала, что Марина не может пойти на прямой конфликт. Её мягкость обернулась слабостью.
Но однажды произошло то, что перевернуло всё.
Всё началось с бумаги, оставленной на кухонном столе. Марина обнаружила её случайно — просто убирала со стола после завтрака.
— Что это? — пробормотала она, глядя на лист.
Это был распечатанный проект договора. Заголовок: «Дарение доли в квартире». А ниже — имена. Владелец: Олег Владимирович Романцов. Получатель: Виктория Владимировна Романцова. Речь шла о трети жилплощади. О квартире, в ипотеке, которую они с Мариной брали вместе.
— Этого не может быть, — прошептала она и метнулась в спальню. Взяла папку с документами. И действительно. В списке владельцев теперь значились не двое, а трое.
