Андрей удивленно посмотрел на неё, словно не понимая, откуда у неё такие вопросы.
— Что? — переспросил он, морща лоб.
— Свидетели утверждают, что машина не тормозила перед столкновением. Почему? — голос Марина был твердым, но в нем ощутимо проскальзывало напряжение.
— Откуда ты знаешь, что говорили свидетели? — в голосе Андрея вдруг прозвучала тревога, которая раньше не проявлялась.
— Это не важно, — Марина не отводила взгляд, смотрела прямо в его глаза, словно пытаясь вытащить правду из глубин его души. — Просто ответь на вопрос.
— Я нажимал на тормоз, — настаивал Андрей, его голос стал более уверенным, но в нем чувствовалась растущая паника. — Но машина не реагировала. Тормоза отказали.
— Но технический отчет говорит, что тормозная система была исправна до аварии, — с вызовом произнесла Марина, словно цитируя приговор.
— Какой технический отчет? — теперь Андрей не скрывал своего беспокойства, его голос дрожал. — Марина, о чем ты говоришь? Откуда у тебя эта информация?
Марина медленно села на кровать, не отводя взгляда, будто пытаясь проникнуть в его мысли.
— Один из свидетелей видел, как какой-то человек крутился возле нашей машины на парковке перед тем, как мы уехали, — произнесла она тихо, но с явным подтекстом. — Это был ты, Андрей? Это ты повредил тормоза?
Лицо Андрея исказилось от внутреннего напряжения и гнева.
— Ты в своем уме? — он тоже сел, отодвигаясь от неё, словно пытаясь дистанцироваться от обвинений. — Ты обвиняешь меня в попытке убийства? Собственной жены?
— А что мне думать? — в голосе Марины теперь звучал явный гнев, в груди словно что-то сжималось, поднимаясь волной раздражения и отчаяния. — Ты изменяешь мне с Ольгой, вы вместе подделываете документы для тендера, что еще ты от меня скрываешь?
— Ты следишь за мной? — на лице Андрея отражалось потрясение и растерянность. — Ты нанимаешь каких-то людей, чтобы они рылись в моей жизни?
— Я пытаюсь понять, что происходит, — твердо сказала Марина, сжав кулаки. — Пытаюсь понять, не хочет ли мой собственный муж избавиться от меня.
— Это абсурд, — Андрей встал с кровати и начал неспокойно ходить по комнате, словно пытаясь сбросить с себя тяжесть подозрений. — Да, у меня был роман с Ольгой. Да, мы вместе работали над документами для тендера и корректировали их, чтобы пройти отбор. Но я никогда, слышишь, никогда не желал тебе зла!
— А тот разговор в реанимации? — Марина тоже поднялась, готовая к конфронтации, ее голос дрожал от напряжения. — Когда ты спрашивал врача о том, что будет с квартирой и счетами, если я умру?
— Это был не я, я же говорил тебе уже, — Андрей покачал головой, глаза полны отчаяния. — Это, должно быть, был кто-то другой.
— Я узнала твой голос, — настояла Марина, хотя в душе уже закрадывалось сомнение. — Кто еще это мог быть?
— Не знаю, — Андрей провел рукой по волосам, словно пытаясь унять внутреннюю бурю. — Но я клянусь тебе всем, что для меня свято — я никогда не спрашивал врача о наследстве или имуществе. Я молился, чтобы ты выжила. Только об этом я и думал.
