— Доченька, ты же не оставишь меня на улице? — голос мамы дрожал, как будто она вот-вот расплачется. Она стояла в дверях моей маленькой съемной квартиры, сжимая ручки старой сумки, набитой какими-то вещами.
— Мам, хватит, — я старалась говорить спокойно, но внутри все клокотало. — Никто тебя на улицу не выгоняет. Но ты не можешь просто заявляться и требовать, чтобы я все бросила и решала твои проблемы.
— А что мне делать? — она всплеснула руками, и сумка чуть не упала. — Квартиру мою затопило, ремонтники говорят, месяц работы! Где мне жить?
Я глубоко вдохнула. Мама всегда умела делать так, чтобы ее проблемы становились моими. Но в этот раз я твердо решила: хватит. Мне двадцать восемь, у меня своя жизнь, своя работа, свои планы. И я не собираюсь снова становиться спасателем.
— Мам, давай сядем и спокойно разберемся, — я указала на диван. — Но сразу говорю: жить здесь ты не будешь. У меня однокомнатная квартира, мне самой тесно.
Она посмотрела на меня так, будто я только что сдала её как минимум в дом престарелых. Но я уже знала этот взгляд. И знала, что за ним последует: либо слезы, либо упреки. Или и то, и другое.
Я — Аня, и последние десять лет моей жизни прошли под знаком маминых «кризисов». То она поссорилась с соседкой и требовала, чтобы я приехала и разобралась. То у нее заканчивались деньги, и я переводила ей половину своей зарплаты. То она внезапно решала, что ей срочно нужно переехать, и я должна была искать ей новую квартиру. Я люблю ее, правда. Но иногда мне кажется, что она специально находит неприятности, чтобы держать меня на коротком поводке.
В тот день, когда она заявилась с сумкой, я только вернулась с работы. Я дизайнер в небольшой студии, делаю сайты для местных кафе и магазинчиков. Работа не то чтобы мечта, но мне нравится. У меня был тяжелый день — клиент трижды менял пожелания по макету, а потом сказал, что вообще хочет «что-то другое». Я мечтала о горячем душе и сериале, а тут — мама с ее очередным «все пропало».
— Ань, я же не виновата, что трубу прорвало! — она села на диван, но сумку так и не выпустила из рук. Теперь у меня потолок весь в пятнах, мебель попорчена.
— А страховка? — спросила я, уже зная ответ.
— Какая страховка? — мама посмотрела на меня, как на ребенка. — Кто ж знал, что такое случится?
Я закатила глаза. Конечно, кто ж знал. Мама никогда не думала о таких вещах. Она вообще жила так, будто мир должен подстраиваться под нее. Я налила себе воды и присела на стул напротив.
— Мам, давай так. Сегодня переночуешь у меня, а завтра будем думать. Может, у тети Люды поживешь? Она же одна, квартира большая.
— У Люды? — мама фыркнула. — Да она меня через неделю выставит. Ты же знаешь, какая она.
Тетя Люда, мамина сестра, была полной противоположностью. Если мама — мастер драм, то тетя Люда — человек, который решает проблемы молча и без лишних слов. Я всегда ее уважала, но мама с ней ладила с трудом.
— Ну, тогда гостиница, — предложила я. — Я могу * помочь с деньгами, если что.
