Вера замерла. Сначала она подумала, что ослышалась. Но, судя по выражению лица мужа, он действительно только что предложил ей отдать все деньги от продажи дома на покупку квартиры для свекрови. Для той самой свекрови, которая постоянно критиковала её манеру одеваться и «легкомысленное отношение к жизни».
— Прости, что? — тихо переспросила Вера, чувствуя, как внутри нарастает волна возмущения.
— Ну, твои деньги от продажи дома, — повторил Артём, как будто не замечая её реакции. — Ты же их пока никуда не потратила, а тут такой шанс. Мама будет рядом, мы сможем чаще видеться.
Вера медленно поставила чашку с чаем на столик, боясь, что от дрожи в руках может разлить её.
— Артём, — начала она, стараясь говорить спокойно. — Ты в курсе, что у меня есть планы на эти деньги? Я хочу открыть цветочный магазин. Мы обсуждали это.
Артём махнул рукой, словно отгоняя назойливую муху.
— Да брось ты эти фантазии. Цветочный магазин — это такой риск, прогорает в первый год. Зачем рисковать, когда можно сделать надёжное вложение? Квартира — это недвижимость. Она всегда в цене.
Вера почувствовала, как её голос начинает дрожать.
— Надёжное вложение? В твою маму, которая будет заглядывать к нам каждый день, проверять, как я убираюсь, готовлю и стираю твои носки?
— Перестань драматизировать. Мама просто хочет быть ближе к нам, чтобы мы могли поддерживать друг друга. Она уже не молода. Ей нужна наша помощь.
— Твоей маме пятьдесят семь лет, и она здоровее нас с тобой вместе взятых, — возразила Вера. — И если ей так нужна поддержка, почему бы ей не переехать к твоей сестре в пригород? У них дом с тремя спальнями, места более чем достаточно.
— Потому что сестра живёт далеко от центра, — парировал Артём. — А маме с её работой нужно быть в городе. К тому же у них двое детей, маленькая Софийка постоянно болеет. Мама будет там только обузой.
Вера глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.
— Артём, я не буду отдавать свои деньги на покупку квартиры для твоей мамы. Это моё окончательное решение.
Лицо Артёма изменилось. Его брови сдвинулись, а глаза сузились.
— То есть как это «не буду»? Мы семья. У нас всё общее. И потом, что ты собираешься с ними делать? Открыть магазинчик, который прогорит через полгода? Или купить себе шубу, как в прошлом году, которую ты надела всего три раза?
Вера почувствовала, как кровь приливает к лицу. Её муж никогда не говорил с ней таким тоном.
— Во-первых, это не «магазинчик», а полноценный бизнес, к которому я готовлюсь больше года. Во-вторых, шубу я купила на свою зарплату, а не на наследство. И в-третьих…
Она сделала паузу, собираясь с мыслями.
— Мы никогда не договаривались, что мои добрачные активы будут общими. Мы подписали брачный договор, если ты забыл.
Артём скривился, как будто у него внезапно заболел зуб.
— Так вот в чём дело… Договор, активы… Ты говоришь как юрист, а не как жена, — он повысил голос. — Мы три года женаты, Вера. Три года! А ты всё ещё считаешь, что у нас есть что-то раздельное?
