Сегодня суббота, и с утра день был солнечным, но к пяти вечера небо затянуло серыми облаками, и стало хмуро.
Понятия не имею, чем закончится сегодняшний вечер. Я разучилась флиртовать с мужчинами. Единственный мужчина, которому принадлежит все мое внимание в последние три года, — это мой сын. Я ушла в своего ребенка с головой, наверное, моя мать права — мне давно пора что-то менять, и это должен быть не ремонт в квартире, а что-то посерьезнее.
— Папа! — заливается громким криком Миша, срываясь с места.
Запнувшись, вскидываю голову и вижу припаркованный впереди внедорожник «Мерседес».
Сердце обрывается, но я беру себя в руки так быстро, как только могу.
Вдоль машины, прижав к уху телефон, вышагивает мой бывший муж, Руслан Чернышов.
Обернувшись, он разворачивается к нам и слегка расставляет ноги, ожидая, когда сын врежется в него на полном ходу.
Когда наши глаза встречаются, я натягиваю на лицо маску фальшивого дружелюбия.
Ветер бросает ему на лоб прядь темно-русых волос. Широкие плечи обтянуты дорогой черной шерстью пальто. Под ним у него деловой костюм, правда, галстук он успел снять, и пара верхних пуговиц расстегнута. От этой детали сердце снова предательски сжимается, но я научилась давить эти реакции. Сжимая озябшие пальцы в кулаки, двигаюсь следом за Мишей.
В последнюю встречу с бывшим мужем мы разругались так, что сын расплакался. Для его морального здоровья я решила, что лучше всего будет с его отцом вообще не пересекаться.
Это было почти полгода назад.
Я не истеричка, но он столько раз отменял их встречи, что у меня лопнуло терпение, и я сорвалась. Ведь это я, а не он, наблюдаю, как в глазах Мишани гаснут огоньки, после того как он бесплодно ждет папу целый день.
Мне плевать на то, что у мэра полно дел. Плевать на то, что у него не выходит выстроить для себя нормальный график жизни, чтобы в нем нашлось место для сына. Все это его проблемы, не мои. Ни одна из его трудностей за последние три года меня не касается. С тех пор как мы развелись.
Обычно Мишу забирает водитель. Привозит тоже. Все было идеально.
— Привет, — Руслан убирает телефон в карман и кладет ладонь на Мишину шею.
Опустив глаза, смотрит на сына с улыбкой. Видеть, как они похожи, выше моих сил.
— Я хочу достроить свое лего, — тут же начинает извергать информацию наш ребенок. — Дома я тоже строю, но у тебя дома места больше.
— Достроишь, — бормочет Чернышов, переводя на меня глаза.
В сером свете они ярко-голубые.
Его взгляд падает на мои ноги в сапогах на шпильках и быстро возвращается к лицу.
— Привет, — говорит он мне.
— Привет, — отзываюсь, посмотрев на часы.
Макияж изменил меня не настолько, чтобы ввести кого-то в ступор, но мой бывший муж чуть сощуривает глаза.
— Как дела? — спрашивает ровно.
Возможно, он просто пытается понять, какое сегодня у меня настроение, но я не собираюсь скандалить. Больше никогда. Я себе обещала.
— Хорошо, а у тебя? — любезно интересуюсь в ответ.
— Тоже, — кивает. — Освободился пораньше.
