— Я люблю её, мам, — тихо сказал он. — Понимаешь? По-настоящему люблю.
— А Катю? — так же тихо спросила мать. — Её ты разве не любил по-настоящему?
Он промолчал. Что тут скажешь? Любил, конечно. Но то была другая любовь — молодая, наивная, полная надежд и планов на будущее. Сейчас всё изменилось. Он изменился.
— Знаешь, сынок, — Вера Михайловна встала из-за стола, — я тебя не осуждаю. Ты взрослый человек, сам решаешь, как жить. Но запомни: иногда мы принимаем за любовь то, что на самом деле всего лишь попытка убежать от себя настоящего.
Она подошла к окну, глядя на падающий снег.
— Когда твой отец нас бросил, тебе было четырнадцать. Помнишь, как ты тогда сказал? «Мам, я никогда так не сделаю. Никогда не брошу свою семью».
Андрей почувствовал, как к горлу подкатил комок. Конечно, он помнил. Помнил, как отец ушёл к молодой секретарше, как мать плакала ночами, думая, что он не слышит. Как поклялся себе, что никогда не причинит такую боль своим близким.
— Это другое, мам, — хрипло произнёс он. — Совсем другое.
— Да нет, сынок, — она повернулась к нему, и он увидел в её глазах не осуждение, а какую-то бесконечную усталость. — Всё то же самое. Просто теперь ты по другую сторону.
В этот момент зазвонил телефон. На экране высветилось «Марина». Андрей нерешительно посмотрел на мать.
— Иди, — кивнула она. — Иди, не буду больше держать. Только знаешь что? Когда-нибудь и тебе придётся объяснять своим детям, почему их отец выбрал личное счастье вместо семьи. Подумай, что ты им скажешь.
Он вышел из маминой квартиры с тяжёлым сердцем. Снег усилился, превращая городскую суету в какое-то замедленное действие. Телефон снова зазвонил.
— Привет, — голос Марины был взволнованным. — Ты где? Я жду тебя уже полчаса.
— Прости, задержался у мамы. Сейчас приеду.
— Как она восприняла?
— Нормально, — соврал он. — Всё нормально.
— Андрей, я понимаю, как тебе тяжело. Может… может, нам стоит подождать? Дать тебе время всё обдумать?
— Нет, — резко ответил он. — Я всё решил. Еду к тебе.
В машине он включил радио, пытаясь заглушить неприятные мысли. Из динамиков полилась какая-то старая песня о любви. Он переключил станцию, потом ещё раз, но везде, казалось, пели об одном и том же — о верности, о семье, о том, как важно беречь то, что имеешь.
Марина ждала его в своей новой квартире в элитном жилом комплексе. Он сам помог ей с покупкой, договорившись о хорошей скидке у застройщика. Катя тогда ещё удивилась: «Зачем такие преференции? Обычный дизайнер, каких много».
Дверь открылась, и Марина бросилась ему на шею.
— Я так скучала! Как всё прошло?
Он обнял её, вдыхая знакомый аромат духов, но почему-то не почувствовал обычного восторга. Перед глазами стояло лицо матери и её усталый взгляд.
— Нормально, — повторил он. — Всё нормально.
Вечером, лёжа в постели в квартире Марины, он не мог уснуть. В голове крутились мамины слова о том, что придётся объяснять детям. Как отреагирует Алёша? Он уже взрослый, поймёт ли? А Машка? Она всегда была папиной дочкой, как она это переживёт?
