Голова кружилась — то ли от духоты в коридорах поликлиники, то ли от мыслей о предстоящем разговоре с мужем.
— Олеся! — окликнул ее знакомый голос. — Вот так встреча!
У обочины стояло знакомое такси, а Станислав приветливо махал ей рукой через опущенное стекло.
— Вы что, следите за мной? — вырвалось у нее.
— Ничего подобного, — рассмеялся он. — Просто часто дежурю в этом районе. Подвезти?
Олеся замялась. После прошлого раза дома был такой скандал.
— Не бойтесь, — мягко сказал Станислав, словно прочитав ее мысли. — Я правда просто хочу помочь. В вашем положении нельзя трястись в автобусе.
— В моем положении? — напряглась она. — Откуда вы…
— Ну, женская консультация, бледный вид, пачка направлений, — он снова улыбнулся. — Нетрудно догадаться.
Олеся помедлила секунду и села в машину.
— Только давайте я заплачу, — твердо сказала она. — В прошлый раз из-за вашей доброты были проблемы.
Всю дорогу они разговаривали.
Станислав оказался внимательным слушателем.
Олеся и сама не заметила, как рассказала ему о муже, о свекрови, о своей невыносимой жизни в чужом доме.
— А почему вы это терпите? — спросил он, притормаживая у ее подъезда.
— Куда мне идти? — горько усмехнулась Олеся. — Да и ребенок теперь. Ему нужен отец.
— Отец, который не может жену к врачу отвезти? — Станислав покачал головой. — Простите, не мое дело.
Но если что — вот, — он протянул ей новую визитку. — Звоните в любое время.
С того дня они стали встречаться у поликлиники. Станислав возил ее на анализы, ждал после приемов, помогал добраться домой.
Олеся настаивала на оплате, но он брал символические суммы — «чтобы не обижать».
Людмила Прокофьевна, конечно, заметила эти поездки.
— Ишь, расщедрилась! — шипела она. — На такси катается. А деньги откуда? Может, не только возит он тебя?
— Прекратите! — вспыхнула Олеся. — Я за свои деньги езжу. Заработанные.
— За свои она! — передразнила свекровь. — А на что жить будешь, когда в декрет уйдешь? Степку доить? Он и так на двух работах пашет!
Степан действительно устроился на подработку. Только денег от этого в доме не прибавилось — все уходило на его новый телефон, кожаную куртку и встречи с друзьями.
— Ты посмотри на нее, — не унималась Людмила Прокофьевна, когда сын вернулся с работы. — Такси ей подавай! Барыня!
— А что такого? — неожиданно огрызнулась Олеся. — Я что, не имею права с комфортом ездить? Беременная все-таки!
— Много ты понимаешь в комфорте! — взорвался вдруг Степан. — Думаешь, не знаю, кто тебя возит?
Видели твоего таксиста! Глазки ему строишь, да?
— Что?! — задохнулась от возмущения Олеся. — Ты за кого меня принимаешь?
— А то не ясно! — подхватила свекровь. — Я давно говорила — неспроста все это! Опозорила семью!
— Да какую семью?! — закричала Олеся. — Где здесь семья? Ты, — она ткнула пальцем в мужа, — целыми днями пропадаешь неизвестно где!
А вы, — она повернулась к свекрови, — только и делаете, что отравляете мне жизнь!
