Когда Валентина получила прямо из рук мужа уведомление о том, что нужно явиться на развод, даже не расстроилась. Скорее обрадовалась. Сама никак не решалась, потому что боялась выглядеть той самой женщиной, которая не бережёт семейные отношения.
Она вообще старалась жить так, чтобы никакие проблемы не выносились на общественность. Никто из подруг даже не знал, что Дима давно ей изменяет. В семье давно проблемы с деньгами — работать Дима не хочет, а красиво жить обожает. Постоянно занимает деньги под неё, под машину.
С недавнего времени Валя стала устраняться от выплат долгов мужа. Тот злился, устроился на работу, чтобы хоть немного отдавать. У него тут же образовалось несколько кредитов.
Валя работала, за последний год её дважды повысили. Она безумно берегла свою репутацию — босс относился к ней хорошо. Валентина строила планы, а о Диме старалась не думать. Начальник придавал огромное значение семейным ценностям, и все на фирме это знали.
Был даже случай — он просто уволил сотрудницу, которая закрутила роман на работе, имея при этом мужа и ребёнка. Она возмущалась, а он сказал просто: «Я не против новых отношений, но заканчивай сначала предыдущие. А так получается — обманываешь близкого человека, значит, легко обманешь и меня, и коллег.» Валя посмотрела на уведомление, потом на Диму:
— Надеюсь, не собираешься ждать суда в моей квартире?
Муж даже поперхнулся:
— В смысле, в твоей? Вообще-то это наша общая квартира.
Валя усмехнулась:
— Позволь узнать, с какого перепугу? Квартира моей бабушки, которая досталась мне в наследство. Так что будь добр, собирай свои вещи и жди развода у своей подруги.
Дима опешил:
— У какой ещё подруги?
— Как у какой? Вроде бы у Оли? Или уже новая?
Дима быстро сориентировался, даже хмыкнул:
— Вот как! Значит, в курсе. Ну и хорошо. Имей в виду — развод будет тяжёлый.
Он хлопнул дверью так, что со стены чуть картина не упала. Валя облегчённо выдохнула. Она боялась, что Дима упрётся. А вести себя рядом с ним… он бы захотел, но она не смогла бы. Готовить ужин на двоих, не мешать ему смотреть фильмы, стирать его одежду — да, она это делала, когда пыталась поддерживать иллюзию примерной семьи. Но теперь смысла нет.
Весь вечер Валентина потерянно бродила по квартире. Ужинать не стала, легла так. С каждым днём всё больше понимала — чувствует себя очень хорошо. Появилось больше свободного времени на себя. Даже на маникюр сходила, в парикмахерскую. Можно сказать, внепланово.
На работе заметили, что она похорошела:
— Валь, цветёшь! Уж не роман ли? Смотри, босс не любит такого. К тебе он, конечно, хорошо относится, но всё же…
— Нет, Танюш, не роман. Скорее наоборот.
Валя решила, что сейчас всё расскажет Тане, а та уж разнесёт по работе. Так можно будет больше не утруждать себя объяснениями:
— Муж нашёл себе помоложе и покрасивее. Так что подал на развод.
Таня ахнула:
— И говоришь так спокойно?
— А как ещё об этом говорить? Понимаешь, к разводу идут не один день. Так что я была готова.
— С ума сойти! Я думала, у вас идеальная семья.
