— Деточка, милая моя! А вот я и приехала! — на пороге стояла совершенно незнакомая Наташе женщина. — А ты меня не признала? Так я тетя твоя! Троюродная по папке! Галина Михайловна. Тетя Галя!
— Простите, я вас не знаю, — проговорила Наташа, а про себя подумала, что, как назло, Егор поехал с друзьями в бар.
— А я тебя сразу узнала! — тетя Галя улыбалась золотом во все тридцать два. — Ты к нам с папкой приезжала!
— Папа ум.ер, когда мне два года было, — произнесла Наташа.
— Так ты и не помнишь? — удивилась тетя Галя.
— Естественно!
— А я фотографии привезла!
Такого сюра Наташа даже в кошмаре представить не могла. Незнакомая женщина на пороге квартиры ее мужа (как только адрес нашла?) показывает фотографии, потерявшие от времени цвет и четкость, и сыплет именами незнакомых людей.
Хотя отца Наташа узнала, Лидия Ивановна трепетно относилась к памяти умершего мужа.
— А вот это я с твоим папкой! — женщина раскраснелась от эмоций и объяснений. — Теперь-то признаешь?
— Ну, предположим, — ответила Наташа. — А что вы, собственно, хотите?
— А я ж с гостинцами, — и тетя Галя ввалилась в квартиру. — У меня тут огурчики, помидорчики, колбаса домашняя! Кабанчика Борьку аккурат на позапрошлых выходных… кхе… переработали!
Наташе стало дурно.
— Сама не съешь, так колбаску можно и собачкам отдать, — оценив землистый цвет лица племянницы, проговорила тетя Галя, — а ты мне чайку не плеснешь с дороги? А то четыре часа в автобусе, насилу доехала!
***
Двухчасовой словесный водопад, извергаемый тетей Галей, сводился к тому, что квартира бабки по отцу досталась Наташе несправедливо. А достаться она должна была кому-нибудь из их родни.
— Ты и так в городе живешь, а нам, деревенским, в этот ваш город и не попасть! А снимать квартиру — ох, как накладно выходит! Потому ты, коли человек ты совестливый, подарить обязана жилплощадь, а хотя бы мне! А я там сама разберусь, кого туда поселить!
И водопад этот был двухчасовым, потому что вернулся Егор, да не один, а с приятелем.
Егор в три минуты понял, что одну из квартир пытаются увести, поэтому он, без французских церемоний, собрал манатки тети Гали, ее саму и настоятельно начал провожать из квартиры.
А с Наташей на кухне остался приведенный приятель:
— Николай! — представился он. — Как вы живете с этим грубияном? — проговорил он, заглядывая Наташе в глаза. — Ни такта у человека нет, ни уважения! А я же вижу вашу тонкую душу, и какие страдания она испытывает от соседства с этим неандертальцем!
— Что вы говорите? — Наташа и не понимала толком ничего, так еще и крики тети Гали разносились по квартире.
— Наталья, я как вас увидел, воспылал самыми светлыми чувствами! Мне больно видеть ваши мучения! И если вы позволите, я украду вас у этого муж.лана! Я покажу вам нежность, ласку и любовь, которой вы с этим орангутангом не познаете вовек!
— Вы в своем уме? — опешила Наташа. — Если Егор услышит, он из вас отбивную сделает!
