— Я не понял, а ты где?
— А я от вас ушла!
— Как это ушла? — изумился Олег: это был бунт на корабле.
— А как уходят? Ногами! Переставляя их попеременно!
— Кто он? Я его знаю? — вопрос был задан на повышенных тонах. — Я же так тебя люблю, Зинаида! А ты меня предала!
Как там — в поговорке-то? Кто везет — того и погоняют! А Зинаида Петровна везла: такой человек найдется в каждой семье.
И он добровольно, по умолчанию и априори, как говорится, взваливает на себя все проблемы: рабочие, бытовые и организационные.
А все остальные получают уже готовый результат. И или наслаждаются им, или порицают: в зависимости от степени совпадения полученного с их мечтами и чаяниями.
Многие скажут, что это, конечно, глупость: пытаться все сделать самостоятельно. Ведь можно же заставить членов семьи. Или, хотя бы, попытаться! А теперь еще и нанять многочисленных помощников.
И потом, что же Вы, дорогая Зинаида, так опрометчиво позволили сесть себе на шею трем взрослым мужикам, прощенья просим — по-другому не сказать?
Как так? Почему так всех распустили? А детей, вообще, нужно было воспитывать должным образом, дорогая мамаша!
Да, детей нужно воспитывать. Она, собственно, и пыталась это сделать — опять только она…
Но у них был пример перед глазами: их собственный папочка, который не шибко рвался помогать жене.
Нет-нет: свою Зинушу-то он любил! Поэтому и не кусал руку, которая его кормит — в прямом и переносном смысле: жена и получала гораздо больше Олега.
Просто Зинаида всегда была очень мягкотелой и совершенно не умела настаивать! И, со временем, поняла: лучше все сделать самой, чем по сто раз сотрясать воздух.
А эта веселая компашка очень умело стала всем пользоваться: дорогая, я опять все сожгу — у тебя лучше получится!
Мамочка, я же не умею варить пельмени!
Куда ты дела мои чистые носки?
Мам, мне нужен новый смартфон!
Сходи в магазин сама, милая — у меня чемпионат по футболу! Только не таскай тяжести — для картошки возьми сумку на колесиках, которую я тебе подарил на 8 марта!
И она, конечно же, шла всем навстречу! А как иначе-то, дорогие мои? И откладывала «себя» на потом — это, кажется, называется синдромом отсроченной жизни.
— Вот подрастут Ванька с Венькой — высплюсь!
Скоро пойдут в садик — вздохну!
Слава Богу — будут ходить на продленку!
Все — завтра, завтра, завтра…
Время шло, а ничего не менялось. Уже и дети стали взрослыми, но ни от них, ни от Олега помощи практически не было.
А жена и мама продолжала таскать за собой сумку на колесиках, варить собственноручно налепленные пельмени и мыть унитазы, на которых три богатыря часто забывали поднять сиденье.
И у всех выработался условный рефлекс: прав был старина Павлов со своей собакой-то!
У Зинаиды Петровны — что она должна все это делать. А у остальных — что именно она должна все это делать! Да, она: не царское это дело!
И ладно бы, если женщина была домашней хозяйкой и занималась исключительно бытом — это было бы объяснимо!
