– И что, что вы не брали? Вы же ее родня? Галя куда-то смылась от нас, так что долг придется отдавать вам. Лучше соглашайтесь на предложенные условия.
А то у меня есть люди, — он кивнул себе за плечо, — общение с которыми вам точно не понравится.
Валерия Геннадьевна закрыла дверь на все замки. Она привалилась к ней спиной и вздохнула.
– Что же ты наделала, Галка? — Прошептала она.
Оксана вся дрожала:
– Бабуль, что мы будем делать? У нас же нет денег! Почему мама с нами так поступила?
Но любовь Валерии Геннадьевны к дочери никуда не делась. Она не могла вот так просто отвернуться от Гали:
– Ничего, не переживай, маленькая. Поскребем по сусекам и выплатим. Мы справимся, Оксана.
«Мы справимся», — думала Оксана, когда работала вечерами в кафе вместо подготовки к экзаменам.
Одним долгом дело не ограничилось. Казалось, Галина решила окончательно испортить жизнь своих матери и дочери — стоило Оксане и Валерии Геннадьевне выплатить один долг, как появлялся другой. Неизменно с кучей писем в почтовом ящике и визитами коллекторов.
– Бабуль, — взмолилась Оксана после очередного визита коллекторов, — мама же не является собственником в этой квартире?
Валерия Геннадьевна нахмурилась:
– Нет. К чему такой вопрос?
Оксана просияла, путь к свободе, казалось, был открыт:
– Может, продадим квартиру и уедем? Посмотри, почти полтора года от мамы ни слуху ни духу. Ей на нас плевать!
Так почему мы должны расплачиваться по ее счетам? Уедем, оставим этот город позади!
Мама не будет знать наш новый адрес, а значит, что и коллекторы перестанут стучаться в нашу дверь! Что скажешь, бабуля?
Ну так же просто невозможно жить!
Оксана считала, что придумала идеальный план, но Валерия Геннадьевна все больше нахмурилась:
– Внученька, но как же так? Я не могу просто бросить дочь на произвол судьбы. Это и ее дом тоже! А если Галя окажется на улице?
– Бабушка! Она нас постоянно подставляет, вгоняет в нищету! А ты ее до сих пор защищаешь? Она меня спихнула на тебя!
Валерия Геннадьевна покачала головой:
– Прости, Оксана, но я так не могу.
– Но мама…
– Оксана, пойми, она моя дочь.
Валерия Геннадьевна понимала, что делает больно внучке, но пересилить себя и материнскую любовь женщина просто не могла.
***
Еще полтора года прошло в постоянных поисках денег. Галина не собиралась останавливаться — она набирала все новые кредиты, подставляла семью под банки и коллекторов, но всячески избегала встреч с дочкой и мамой.
В восемнадцать лет Оксана пошла работать на завод. Днем она училась в колледже, а вечером стояла за станком — только так они с бабушкой могли выживать, выплачивая при этом многочисленные кредиты.
Две недели назад они выплатили последний долг. Оксана по ночам смотрела в потолок и думала, сколько еще продлится затишье.
– Она, наверно, уже оформляет новый кредит, — по щекам Оксаны текли слезы.
