— Знаешь, как все удачно складывается! Я ведь давно говорила Витеньке — нечего нам в этой конуре сидеть.
Молодой, видный мужчина, надо свою судьбу устраивать.
В комнате Анны послышался какой-то шорох.
Клавдия Семеновна обернулась.
— Это Анечка моя с подругой, — пояснила она. — Сидят там, болтают.
— А, ну пусть девочки развлекаются, — отмахнулась Елена Прокофьевна. — Так вот, я тебе скажу — все как по нотам разыграли!
Витенька мой не промах, весь в меня. Как увидел ее в аптеке — сразу смекнул, что к чему.
А уж я-то постаралась, когда она к нам пришла! И пирогов напекла, и наговорила ей с три короба…
Она самодовольно хмыкнула, отхлебывая чай.
— Главное теперь — не спугнуть добычу. Свадьба через месяц, а там… — она прищурилась. — Сама понимаешь, куда мы переедем.
Нечего молодым тесниться, правда? А свою квартирку сдавать будем. Денежки-то лишними не бывают.
— Леночка, — осторожно начала Клавдия Семеновна, — а девочка-то… она знает о ваших планах?
— Ой, да что ты! — Елена Прокофьевна махнула рукой. — Такая наивная, такая доверчивая.
Все верит, что Витенька от большой любви на ней жениться вздумал.
А что? Может, и полюбит со временем. Главное — свое не упустить.
В прихожей хлопнула дверь.
— Мам, ты куда пульт от телека положила? — раздался голос Виктора. — А то…
Он осекся, увидев Клавдию Семеновну.
— Здравствуйте, — кивнул он. — Извините, я на минутку.
— Витенька, — расцвела Елена Прокофьевна, — а мы тут как раз о твоей свадьбе говорим.
Все-таки молодец ты у меня — такую партию подхватил!
— А то, — усмехнулся Виктор. — Сам не ожидал, что так просто будет.
Она и правда наивная — все мои байки про любовь с первого взгляда проглотила.
Еще месяц потерпеть, а там заживем!
В этот момент дверь комнаты Анны распахнулась.
— Здравствуйте, — раздался звонкий голос. — Познакомьтесь с моей подругой.
На пороге стояла Александра. Лицо ее было белым как мел, а в глазах стояли слезы.
Виктор дернулся, открыл рот, но не издал ни звука. Елена Прокофьевна застыла с чашкой в руке.
— Не утруждайтесь объяснениями, — тихо произнесла Александра. — Я все поняла.
Она сняла кольцо, положила на стол. Звук, с которым металл коснулся полированной поверхности, прозвучал как выстрел в звенящей тишине.
— Прощайте.
Анна обняла подругу за плечи и повела к выходу. У двери Александра обернулась:
— Знаете, я должна сказать спасибо. Вы преподали мне важный урок. Теперь я точно знаю — лучше быть одной, чем с теми, кто видит в тебе только выгоду.
Дверь за ними закрылась.
Клавдия Семеновна смотрела на застывших мать и сына, и ей было их почти жаль. Почти — потому что бывают поступки, которые нельзя оправдать никакой жаждой «лучшей жизни».
А Александра и Анна шли по улице, и весенний ветер сушил слезы на щеках еще десять минут назад «невесты».
Было больно, очень больно. Но где-то в глубине души уже теплилась странная легкость — словно она сбросила тяжелый груз, который и сама не замечала раньше.
