Одна видела, как косой Илюха, бобыль, ходит к Вдовиным по вечерам, мол сговорились с Вдовиными зятем будет. Он богатый дом на пять комнат, скотины полный двор, да трактор.
А то что в деды девчонке годится так то к ним перетнзия чего они девку за старика толкают.
кто-то видел как девка на трасе стояла, попутки ловили мол села и поехала, а потом её другая машина привезла.
Мария терпела всё, но пришла в магазин и пообещала накостылять и на трассу отправить через Илюхину хату.
-Чтобы у вас бабоньки, языки бы изо рта повываливались, да типуны с мой кулак повыскакивали, — сказала так, плюнула и пошла.
Бабы пригорюнились немного поговаривали, что глаз у Марии какой-то, лучше не злить…
Успокоились, да не все…
Одна особенно распаляется, чего мол, девка выделывается, принца никак заморского ждёт.
Она, эта бабочка, интеллигенцией себя считала, в сельсовете каким-то секретарём работала, на голове вавилоны накрутит, глаза синими тенями намажет, губёшки подожмёт и шкандыбает в туфлях на шпильках, старается в грязь не наступить.
Местные смеялись, что это Ефимовна расстаралась, чтобы на центральной улице асфальт положили, потом и на остальных.
Виданое ли дело, всю деревню заасфальтировали.
-Никак чтобы Ефимовне в туфлях бегать, — смеялись деревенские.
Муж у неё трактористом работал, так говорят, что она его заставляла на улице всю одежду снимать, чтобы дома соляркой и силосом не вонять, он на ферме работал, корма развозил для животных.
Не интеллигент в общем.
Сын у них был, единственный, только на городской женить его грозилась Ефимовна, и то, ещё посмотреть надо…
Вот она уж чехвостила девчонку Вдовину.
Говорят по молодости в самого Вдовина влюблена была, сохла вроде по нему да он внимания не обратил Марию, выбрал.
Деревня всё помнит, вроде забудут, а когда надо всколыхнётся, кто-нибудь да, напомнит.
А ведь по молодости-то, Ефимовна как за Вдовиным гонялась-то, вот сейчас девку и поносит почём зря…
Сын Ефимовны, интеллигентки в первом поколении и мужа её тракториста, в городе учился, да что-то там у него задалось или что, в армию попал.
Про чужих-то Ефимовна всё знает, всё расскажет всему белому свету растрезвонит, а про своё молчит, как рыба.
Просто знают деревенские, что парень Ефимовны в армию пошёл.
Девки —то дерервенские ох и поплакали по тому красавчику, а он вроде для всех и ничей.
Со всеми шутит, балагурит, а всерьёз ни с кем, даже председателева дочка, что ни красотой, так папиными возможностями рассчитывала парня взять, и то крах потерпела.
И правильно, красоты -то не было, похожа была на скаковую лошадь, породистую, а норовом в быка колхозного, такая же буйная и без разбору на всех кидающаяся.
Всех чуть ли не своими холопами считавшая.
Уж ножками топала— топала, чтобы значит сына Ефимовны, себе заполучить, а тот ни в какую, видно мамкин наказ, что жениться надо только на городской, исполнял.
Прошла зима, подзабыли немного про девку Вдовиных.
А тут опять новость, Ромка, Ефимовны и тракториста ейного, из армии пришёл.
