— Мама, не надо манипулировать! — устало произнёс Дмитрий. — Я благодарен тебе за всё! Но это не даёт тебе права распоряжаться моей жизнью!
— И имуществом моей жены! — добавила Анна.
Галина Владимировна молча смотрела на них несколько секунд, затем развернулась и пошла к двери.
— Можете не звонить мне больше! — бросила она через плечо. — У меня больше нет сына!
Дверь хлопнула, и в квартире воцарилась тишина. Анна обняла мужа.
— Она успокоится! — прошептала она. — Просто сейчас эмоции…
— Знаешь, а может, и к лучшему! — неожиданно ответил Дмитрий. — Пусть подумает о своём поведении! Нельзя же всю жизнь меня контролировать!
Прошла неделя. Галина Владимировна не звонила и не приходила. Дмитрий несколько раз порывался позвонить ей сам, но Анна останавливала — пусть свекровь остынет и осознает свою неправоту.
В субботу утром они поехали на дачу — впервые после конфликта. Анна хотела проверить, всё ли в порядке, не натворила ли Галина Владимировна чего-нибудь в своих поездках туда.
Дача встретила их тишиной и запахом прелых листьев. Домик действительно требовал ремонта, но не критичного — подлатать крышу, покрасить забор, обновить веранду.
— Знаешь, а тут красиво! — Дмитрий огляделся вокруг. — Я понимаю, почему ты не хочешь это продавать!
— Здесь вся моя детская память! — Анна улыбнулась. — Каждый куст, каждое дерево… Бабушка учила меня тут садоводству, мы вместе варили варенье, сидели вечерами на веранде…
— Давай приведём всё в порядок! — предложил Дмитрий. — Я могу взять отпуск, нанять рабочих для крыши, а остальное сделаем сами!
— Правда? — Анна посмотрела на мужа с благодарностью. — Ты готов этим заняться?
— Конечно! Это же важно для тебя, значит, важно и для меня!
Они обошли участок, планируя будущие работы. Возле старой яблони Анна остановилась.
— Знаешь, тут бабушка хотела поставить беседку! Говорила, что когда у меня будут дети, они смогут играть в тени яблони, а мы будем пить чай в беседке и присматривать за ними!
— Отличная идея! — поддержал Дмитрий. — Обязательно поставим беседку!
В этот момент калитка скрипнула. Они обернулись и увидели Галину Владимировну. Она выглядела уставшей и какой-то потерянной.
— Мама? — удивился Дмитрий. — Что ты тут делаешь?
— Я… — свекровь замялась. — Я приехала извиниться!
Анна и Дмитрий переглянулись. Это было так неожиданно, что оба не знали, что сказать.
— Можно мне войти? — тихо спросила Галина Владимировна.
Они молча кивнули. Втроём прошли в дом, Анна поставила чайник на старую газовую плитку.
— Я много думала эту неделю! — начала Галина Владимировна, глядя в стол. — И поняла, что была неправа! Я действительно вела себя ужасно!
— Мам… — начал Дмитрий, но она подняла руку, останавливая его.
— Дай мне договорить! Анна, я прошу прощения! Эта дача — твоё наследство, твоя память о бабушке! Я не имела права претендовать на неё!
— Что заставило вас изменить мнение? — осторожно спросила Анна.
Галина Владимировна грустно улыбнулась.
