Лариса фыркнула, качая головой: «Видишь, он даже не помнит».
— Сегодня четыре года, как мы познакомились, — тихо сказала Ольга. — Мы отмечаем этот день каждый год.
— Слушай, я правда не могу сейчас говорить. Лариса, наверное, просто не знала. Дай ей то, что она хочет взять, и обсудим вечером.
Трубка запищала короткими гудками.
— Ну что, убедилась? — торжествующе улыбнулась Лариса, застёгивая сумку. — Он всегда выбирает семью. Всегда выбирает меня.
Внутри Ольги что-то надломилось. Не просто обида — глубокое, болезненное разочарование. В муже, в их отношениях, в иллюзии счастливой семьи.
— Знаешь, — она взяла сумку, — забирай всё это.
Но вместо того, чтобы отдать сумку, Ольга резко вытряхнула всё содержимое на пол. Продукты рассыпались — сыр, икра, рыба.
— Ты сошла с ума?! — взвизгнула Лариса. — Ты знаешь, сколько это стоит?
— Знаю. Я за них платила.
Лица Ларисы исказилось от злости.
— Ты пожалеешь! Артём узнает, какая ты истеричка!
Ольга почувствовала странное спокойствие. Словно внутри что-то перегорело, оставив только ясность.
— Знаешь, что интересно? — она достала из шкафчика маленькую коробочку. — Я давно подозревала, что ты приходишь сюда. Пропадали мелочи. Сначала думала, что теряю. Потом заметила — исчезают только мои вещи, не Артёма.
Лариса напряглась, но промолчала.
— И тогда я купила вот это, — Ольга достала миниатюрную камеру. — Поставила в разных местах квартиры. И знаешь, что увидела?
Лицо Ларисы побледнело.
— Ты не имела права! Это незаконно!
— Примерно как врываться в чужой дом, — парировала Ольга. — Я видела, как ты рылась в моих вещах. Примеряла моё белье. Лежала на нашей кровати и нюхала одеколон Артёма.
— Это ложь! — выкрикнула Лариса, но голос выдал её.
— Записи не врут, — пожала плечами Ольга. — Но интереснее другое. Ты не просто брала — ты подбрасывала.
Ольга открыла коробочку, спрятанную за йогуртами.
— Эту помаду я нашла в кармане пиджака Артёма. Не мой оттенок. Потом — светлый волос на его рубашке. Потом — чужие духи в машине. Я думала, он изменяет.
Она достала помаду, волос в салфетке, пробник духов.
— А оказалось — твоя работа. Ты пыталась разрушить наш брак.
Лариса нервно облизнула губы, пятясь к двери.
— Ты ненормальная. Всё это бред. Артём не поверит.
— Возможно. Но у меня есть записи. И если захочет, он их посмотрит.
— И ещё, — Ольга достала из ящика маленькую бутылочку с прозрачной жидкостью. — Знаешь, что это?
Лариса сглотнула, её взгляд метался между лицом Ольги и бутылочкой.
— Снотворное. Жидкое, без запаха и вкуса. Я долго не понимала, почему иногда просыпаюсь с дикой головной болью. Почему не помню, как засыпала. А потом на записи увидела, как ты добавляешь что-то в мой чай.
Лариса попыталась схватить бутылочку, но Ольга отступила.
— Думаю, это вещественное доказательство, — Ольга спрятала бутылочку в карман. — А теперь слушай. Ты сейчас уйдёшь отсюда. Навсегда. И не будешь вмешиваться в нашу жизнь.
— И что, если откажусь? — нервно рассмеялась Лариса. — Побежишь в полицию с этими смешными «доказательствами»?
