— Ты мне указывать будешь? — свекровь поставила тарелку на стол с таким стуком, что Аня вздрогнула. — Я, может, уже соседям сказала, что переехала. Что теперь, позориться?
— Это не моя проблема.
— Слушай сюда, — Валентина Семёновна надвинулась на Аню. — Тут моя доля есть. И Колина тоже. Хочешь по-плохому — давай. Юристов позову. Суды затеем.
Аня отступила на шаг. Сердце колотилось как бешеное.
— Я тебе правду говорю, — свекровь перешла на зловещий шёпот. — Думаешь, одна тут хозяйничать будешь? А мне куда деваться? В мои-то годы по съёмным комнатам мыкаться? Совести у тебя нет!
Аня не спала всю ночь. Валентина Семёновна наотрез отказалась уходить, и Аня, измученная дорогой и стрессом, отступила. Временно. Свекровь заняла гостевую комнату, расставив там свои вещи.
«Как я до такого дошла?» — Аня смотрела в потолок, вслушиваясь в храп из соседней комнаты. Утром она решительно постучала в дверь к соседке.
— Маш, расскажи подробнее. Как давно она тут?
— Дня четыре. Сначала приходила поливать цветы, а потом… — Маша развела руками. — Слушай, она ключами размахивала, говорила: «Дочка разрешила пожить». Я что могла сделать?
— Какая я ей дочка?! — Аня вцепилась в волосы. — Десять лет прошло после развода!
— Позвони Коле, — предложила Маша. — Пусть мать заберёт.
— Да мы сто лет не общались…
Вернувшись, Аня застала свекровь за странным занятием — та перебирала кухонные шкафчики, выставляя банки с крупами.
— Это что вы делаете?
— Ревизию. У тебя гречка просрочена. Я новую купила, — она кивнула на пакеты у двери. — И овсянку. Ты ж любишь овсянку, помню.
— Хватит! — Аня хлопнула ладонью по столу. — Я требую объяснений! Как вы посмели вломиться в чужую квартиру?
— Чужую? — Валентина Семёновна хмыкнула. — Ань, я помогала вам с первым взносом. Забыла? Двадцать тысяч давала.
— Это был подарок. Вы сами так говорили! — Ничего я такого не говорила! — свекровь повысила голос. — Я в доле была, значит, имею право тут жить. Мне податься некуда! Квартиру мою Колька продал, когда в бизнес влез. А теперь я как перекати-поле. В дверь позвонили. На пороге стояла полная женщина с двумя детьми.
— Тётя Валя! А мы к вам! — она просочилась в прихожую, не спрашивая разрешения. — Вы про варенье говорили…
— Светочка, проходи! — Валентина Семёновна засуетилась. — А это Анечка, помнишь?
— Здрасте! — Светка небрежно кивнула. — Тёть Валь, нам бы ещё картошечки, если есть. А то Мишка зарплату задерживает…
Аня онемела. Они обсуждали её запасы! Её картошку! В её квартире!
— Никакой картошки! — отрезала она. — И варенья тоже! Вон отсюда! Быстро!
— Ань, ты чего? — Валентина Семёновна округлила глаза. — Свои же люди…
— Какие свои?! Мы десять лет не виделись! — Аня тяжело дышала. — Уходите. Все. Сейчас же!
— Обойдёмся без истерик, — свекровь повернулась к Светке. — Проходи на кухню, я сейчас.
Они просто проигнорировали её! Аня кинулась к телефону.
