Фонарь, будто специально, вчера ещё перегорел напротив её дома. По темноте к террасе бодро шагает, песенку под нос себе мурлыкает.
Давно бы надо было так с девчонками посидеть, молодость вспомнить. Прямо груз с души упал, дышать легче стало.
— Инка, как я тебя долго ждал! — раздался голос Антона в темноте.
Она глянула, а Антон сидит на пеньке у порога — от калитки его не видно было.
В белых брюках и в рубахе, с коротким рукавом, им в тон.
Сидит и не шевелится.
— Ааааа! — завизжала Инна от неожиданности. Первым делом на ум пришло, что благоверный её ласты склеил и к ней явился его дух.
— Инка, прости! Не хотел тебя пугать!
Она за сердце схватилась, поняла, что не видение, а муженёк к ней заявился, собственной персоной. Вырядился как жених!
Весь хмель в момент улетучился. Ещё бы, чуть сердце не остановилось от неожиданности.
— Приду_рошный, чего припёрся? — и давай сумкой своей дамской по бокам охаживать муженька. — Чуть богу душу не отдала. Ненормальный. Пошёл отсюда, чтоб глаза мои тебя никогда не видели! — вопила Инна, ни на секунду не переставая лупасить Антона.
Уже и мать и сын всполошились, выскочили. Инка одной рукой в волосы вцепилась, хоть и ниже была, а другой оплеухи отвешивала. Это надо было так перепугать?!
На силу мать и Алёшка успокоили. Потом она в слёзы. А Антон голову повесил, блеет как ягнёнок:
— Не виноват, бес попутал. Тебя и Алёшку люблю, а эту аферистку выгнал.
Тогда Антон рассказал, что не болен он. Ошибочка вышла. Сломанным аппарат оказался. Таких, как он, пострадавших, в тот день ещё трое было. И всем, как под копирку, один и тот же диагноз.
Он как Ленку выставил, пошёл в больницу, хотел анализы сдать. Срок отмеренный уточнить. Вроде месяц давали, а он — три протянул.
А ему там: «Мы вам звонили, предупредили Вашу жену…» — Ленку за супружницу приняли, а может и сама так представилась.
А она про то промолчала, хотела квартиру к рукам прибрать, даже место ему по знакомству в хосписе приготовила.
— Прости, прости… — твердит Антон стоя на коленях перед Инной. — Всё понял и осознал…
Инна пока не вернулась к мужу, решила подумать хорошенько. Антон, как примерный отец всё свободное время с сыном проводит, супруга удивляется столь значительным переменам.
У мамы её огород под осень «перерыл». Надо же, а до этого ни разу за пятнадцать лет, что женаты были — лопаты не кинул.
По выходным картошку с тёщей на рынок возил продавать, а раньше не допросишься.
А да Ленка! Хороший урок преподала, разве мог кто-то лучше научить? Шёлковый мужик стал. Усвоил материал на весь остаток жизни.
А с одноклассниками Антон завязал раз и навсегда. Хватит, «наобщался» на всю жизнь. Теперь бы только у жены прощение вымолить.
А ещё Антон дарственную на квартиру на неё оформил — в знак безумной любви к жене.
Она пока сомневается: стоит ли возвращаться к нему…
Хотя Инна дарственную приняла — пусть лежит документ. Он есть не просит. Тем более сын у них общий…
