— Она не имеет права здесь находиться! Это мой дом!
Резкий голос свекрови ворвался в утреннюю тишину квартиры, заставив Марину вздрогнуть и чуть не выронить чашку с чаем. Галина Петровна стояла в дверях кухни, сжимая в руках связку ключей, как оружие. Её лицо пылало праведным гневом, а глаза метали молнии.
Марина медленно поставила чашку на стол. Руки не дрожали — она уже привыкла к таким утренним визитам. Три года замужества научили её сохранять спокойствие под любым натиском. Но сегодня что-то было не так. В голосе свекрови звучала особенная, торжествующая нотка, которой раньше не было.
— Доброе утро, Галина Петровна, — Марина старалась говорить ровно. — Павел на работе, если вы к нему.
— Знаю, где мой сын! — свекровь прошла в кухню, не снимая уличной обуви, оставляя грязные следы на чистом полу. — Я не к нему, а к тебе. Собирай вещи.
Марина почувствовала, как внутри всё сжимается в тугой узел. Она слышала эти слова уже не первый раз, но сегодня в них была какая-то зловещая уверенность.
Галина Петровна достала из сумки папку с документами и с размаху бросила её на стол. Бумаги веером разлетелись по поверхности.
— Нотариус всё оформил. Эта квартира теперь официально переписана на меня. Павел подписал дарственную ещё месяц назад. Так что собирайся и выметайся отсюда к своим родственникам!
Мир вокруг Марины покачнулся. Она смотрела на документы, не веря своим глазам. Подпись Павла. Печати. Даты. Месяц назад. Когда они выбирали обои для детской. Когда он клялся, что они будут счастливы. Когда она рассказала ему о беременности.
— Это какая-то ошибка, — её голос дрогнул. — Павел не мог…
— Ещё как мог! — свекровь села на стул, довольная произведённым эффектом. — Мой сын наконец-то понял, что я была права с самого начала. Ты ему не пара. Деревенская выскочка, которая думала, что сорвала джекпот, выйдя замуж за московского парня.
Марина взяла один из документов дрожащими пальцами. Дарственная. Всё законно. Всё настоящее. Но как? Как Павел мог подписать такое без её ведома? Эту квартиру они покупали вместе, она вложила туда все свои накопления, всё наследство от бабушки.
— Но я же тоже вкладывала деньги в эту квартиру…
— Докажи! — свекровь расхохоталась. — Все документы оформлены на Павла. А он — мой сын. И он сделал правильный выбор.
Телефон Марины, лежавший на столе, вдруг завибрировал. Сообщение от Павла: «Мама у тебя? Не слушай её, я всё объясню вечером».
Она подняла глаза на свекровь, которая с интересом наблюдала за её реакцией.
— Павел пишет, что всё объяснит.
— Конечно, объяснит! — Галина Петровна встала, отодвинув стул с таким грохотом, что он чуть не упал. — Объяснит, как ты его достала своими претензиями! Как он устал от твоих истерик! Как ему надоело, что ты не можешь родить ему наследника!
Последние слова ударили Марину как пощёчина. Она инстинктивно прижала руку к животу, где уже три месяца рос их ребёнок. Свекровь не знала о беременности — они с Павлом хотели сообщить после первого скрининга.
