— Стоп! — Андрей поднял руку. — Мам, послушай внимательно. Если ты ещё раз попытаешься давить на Таню, угрожать ей или требовать квартиру — я прекращу с тобой всякое общение. Навсегда.
Нина Ивановна застыла.
— Ты… ты не посмеешь.
— Посмею, — твёрдо сказал Андрей. — Таня — моя семья. Моя жена. И я не позволю никому, даже тебе, причинять ей вред.
— Она настроила тебя против меня!
— Нет, мам. Ты сама настроила меня против себя своим поведением. Верни ключи от нашей квартиры.
— Что? — Нина Ивановна не верила своим ушам.
— Ключи, мам. Немедленно.
С трясущимися руками свекровь достала ключи и бросила их на стол.
— Ты пожалеешь об этом, — прошипела она. — Когда эта квартира принесёт вам одни проблемы, не приходи ко мне за помощью!
— Не приду, — спокойно ответил Андрей. — Иди, мам. И подумай о своём поведении. Когда будешь готова извиниться перед Таней — позвони.
Нина Ивановна ушла, хлопнув дверью.
— Прости меня. Я должен был сразу встать на твою сторону, без колебаний.
— Ты встал, когда это было важно, — Татьяна прижалась к мужу. — Спасибо.
Прошёл месяц. Они переехали в бабушкину квартиру, начали постепенный ремонт. Андрей оборудовал себе кабинет в маленькой комнате, Татьяна обустроила гостиную, сохранив бабушкин буфет и стол.
Нина Ивановна не звонила. Андрей переживал, но держался своего решения.
— Она должна понять, что не может так себя вести, — говорил он.
А потом случилось неожиданное. Татьяне позвонил незнакомый номер.
— Здравствуйте, это Татьяна? — спросил мужской голос.
— Меня зовут Игорь Петрович, я юрист Нины Ивановны. Она попросила меня связаться с вами.
— Если это по поводу квартиры и суда…
— Нет-нет, — поспешил успокоить юрист. — Наоборот. Нина Ивановна просила передать, что не будет предпринимать никаких действий. И ещё… она просила передать извинения. Сказала, что была не права.
— Почему она не позвонила сама?
— Стыдно, наверное, — вздохнул юрист. — Я знаю Нину Ивановну много лет. Она властная женщина, признавать ошибки для неё очень тяжело. Но она действительно сожалеет.
Вечером Татьяна рассказала об этом звонке Андрею.
— Может, позвонишь ей? — предложила она.
— Пусть сначала сама позвонит и извинится перед тобой лично, — ответил Андрей. — Через юриста — это не считается.
Прошла ещё неделя. И вот однажды вечером в дверь позвонили. На пороге стояла Нина Ивановна с букетом цветов и коробкой конфет.
— Можно войти? — тихо спросила она.
Татьяна посмотрела на мужа. Андрей кивнул.
— Входите, — сказала Татьяна.
В гостиной Нина Ивановна долго молчала, потом заговорила:
— Я пришла извиниться. Я вела себя ужасно. Пыталась отобрать твоё наследство, лгала, угрожала. Мне очень стыдно.
— Почему вы так поступили? — спросила Татьяна.
Нина Ивановна вздохнула.
— Я привыкла всё контролировать. Всю жизнь. Когда умер муж, Андрею было пятнадцать. Я одна тянула всё — работа, дом, воспитание сына. Привыкла принимать все решения. И не заметила, как сын вырос, стал самостоятельным.
Она посмотрела на Андрея.
