Муж периодически в свободное время заглядывал к своей сестре помочь по хозяйству и посидеть с детьми, иногда водил их куда-то, иногда играл по сети в какие-либо игры, но Лена в этом проблемы не видела.
В дом к ним Андрей детей не приводил, их с Леной планы ради общения с племянниками под откос не пускал, да и на подарки к праздникам детям с жены денег не требовал. Пока…
Чего Лена не любила — так это чужой доброты за ее счет. В детстве такой «доброй» была ее мама, рожавшая детей «сколько бог пошлет».
Скидывались при этом все «новоприбывшие» в этот мир на Лену и та, воспитав за время собственной школьной жизни двоих братьев и сестру, свинтила из родительского дома при первой же возможности.
Ну, сразу после того, как мама «обрадовала» ее новостью об очередной своей беременности от очередного же «мужчины своей мечты».
Ожидаемо, что, как и предыдущие «мечты», кавалер растворился, как сахар в кипятке, стоило ему узнать о положении женщины.
Ну ничего, у нее есть дочь, как-нибудь справятся…
Оказалось, что «как-нибудь» придется справляться без Лены, которая собрала вещи и сбежала в университетское общежитие.
А напоследок все же высказала родительнице, что бог, в которого она так верит, послал людям не только возможность иметь детей, но и кучу возможностей этих самых детей не иметь.
И раз уж простейший вариант «не ра…двигать но…ги перед каждым встречным» некоторым недоступен, то можно хотя бы раскошелиться на резиновые изделия — уж всяко расходов выйдет меньше, чем воспитание еще одного члена общества.
Выслушала, конечно, Лена о себе. Что она неблагодарная, неблагородная, что семья так не поступает…
Последний аргумент с тех пор для нее вообще был своего рода красным флагом.
Потому что именно он идет в ход в тех случаях, когда человек не сможет обосновать необходимость в чем-то прогнуться под его интересы.
«Семья так не поступает», — внушали ей первый «жених» и его мать, когда Лена отказалась переехать к ним, чтобы отдавать почти-что свекрови всю зарплату, ухаживать за парализованной бабушкой и при этом — бросить институт, посвятить себя домашнему хозяйству.
И все это — даже без предложения руки и сердца. Не то что бы предложение Лена с такими условиями бы приняла, но тот факт, что ее даже законной женой сделать не захотели, рассматривая лишь как источник ресурсов, выбесил неимоверно.
«Друзья так не поступают», — заявила им с еще одной девчонкой общая подруга, с которой они все вместе снимали квартиру.
Да, девушка совершенно искренне считала, что всякие «мелочи» вроде арендной платы, коммуналки и ее части продуктов за нее должны оплатить подруги, ведь ей так хочется вон ту кофточку, нарастить ресницы и сходить на выходных в новый японский ресторанчик.
От второй подруги Лена таких аргументов не слышала даже когда у той возникали обстоятельства, когда приходилось пользоваться Лениной помощью.
