И тут он попросил Катю его прописать. Или зарегистрировать — как теперь говорили.
— А зачем? — удивилась девушка. — Ты же зарегистрирован в своей квартире! Я понимаю, если бы у тебя вообще не было регистрации, без которой сегодня — никуда! А сейчас-то зачем?
— Как это зачем? — тоже, в свою очередь, удивился Петя. — Мы же любим друг друга и теперь — семья! И у нас все должно быть общее!
Это напомнило Кате известную шутку: Перепишите на меня свою квартиру, пожалуйста! Ой, простите — не с того начал: скажите, вы верите в Бога?
Только тут все началось, как бы, с любви: мы же любим друг друга…
— Хорошо! — согласилась невеста после небольшой паузы. — Это ты хорошо сказал про любовь, семью и общее! Поэтому, я согласна: я пропишу тебя, а ты пропишешь меня!
— Куда? — изумился мужчина.
— В свою квартиру: у нас же теперь — все общее!
— Но ты же там не живешь! — после небольшой паузы выдвинул жених, как ему казалось, весомый аргумент.
— Если только в этом дело, давай будем жить в квартирах по очереди: месяц — в моей, месяц — в твоей! — произнесла находчивая, но уже разочарованная Катя. Понимая, что и тут у нее «дупель пусто-пусто» и, вообще — «рыба»!
Петр замолчал: сразу ничего умное на ум не шло. Да, это он как-то не предусмотрел! Как она его «срезала»-то, а? И, главное, возразить нечего!
— Ну, что? — не отставала невеста, внимательно смотря на умное, как ей казалось раньше, лицо жениха. — По-моему, очень разумное решение!
Что-что? Да ничего! Еще чего не хватало — прописывать в свою квартиру постороннего человека! Вот если бы ему удалось прописаться к жене! Потом, глядишь, чего бы-нибудь и вышло…
Так получилось с его теперешней однушкой: первая-то жена, фе…фёла, прохлопала. А Петя просто был болезненно жадным и меркантильным…
Оба молчали: как себя вести, было не понятно.
Так, как раньше — уже не получится. Ведь сделать вид, что ничего не произошло, было проблематично.
Катя ушла с кухни в комнату — они ужинали — предоставив кавалеру выпутываться самому.
Петр сидел около пятнадцати минут, а потом зашел к невесте и, как ни в чем не бывало, спросил:
— Катюш, может в кино сходим?
— Давай! — согласилась девушка: жених облегченно выдохнул — не сердится! Ведь он уже внес аванс за аренду ресторана…
— Так пропишешь меня, Петюня? Что-то я не поняла! Мы с тобой, вроде, не договорили!
Мужчина отвел глаза, потоптался и вышел. А она его не остановила: хорошо еще, на свадьбу не потратились — кавалер не утерпел и завел разговор еще до регистрации брака…
Неужели у всех так? Но, ведь, кто-то же выходит замуж!
Вот, например, две из трех Катиных подруг вышли замуж. Точнее, сходили: одна на полгода, другая на год. А третья, как в анекдоте, выходила потихоньку…
И Катя тоже, получалась, выходила: ведь с некоторыми гражданскими мужьями она жила больше месяца. И любовь у них тоже была!
Но любовь — это вовсе не про чувства, а про дела и поступки. Получалось, что у всех кавалеров любви-то к Кате как раз и не было.
Как там говорят в одной недружественной нам стране: нема дурних?
