В наше непростое время все эти реверансы постепенно переходили в разряд ненужных вещей. И это, несмотря на то, что их силами в квартире был сделан ремонт: ребята за это не попросили ни рубля.
Они с подругой все обсудили: предполагалось, что ее мама переедет сразу же после освобождения квартиры — Алка торопила. И пару месяцев поживет «на съеме», пока дочь подкопит нужную сумму. А потом уже — сделка.
Впереди был непростой разговор с жильцами.
Они остолбенели: собственно, почему? А честное купеческое — ведь договорились же! Их представления о человеческой порядочности сразу рухнули: как же можно так врать? А еще пожилой человек… Разве после этого можно верить людям?
Скандала в полном понимании этого термина не произошло: была небольшая неконструктивная полемика, возникшая из-за непонимания сторон. И интеллигентные молодожены съехали.
На прощанье девушка произнесла непонятную и неожиданную фразу:
— Бог все видит, да не скоро скажет.
Но Елена Ивановна не обратила на это никакого внимания: удача сама шла к ней в руки. Тем более, дочь захотела купить себе квартиру. Так что деньги, в любом случае, будут нелишними.
С Алкой они были знакомы с детского сада, поэтому контролировать ее было не надо: деньги стали поступать сразу на карту.
Так прошло три месяца. И тут Лена случайно оказалась в своем старом район, причем, рядом с домом. И решила зайти поглядеть, что и как.
Но бабуля дверь не открыла. Хотя тишина внутри была не ме.ртвой: хоть это успокаивало.
Так как этот визит был случайным, ключей от квартиры с собой не было.
За дверьми кто-то кашлял и шаркал тапочками, но не открывал.
И тогда женщина позвонила подруге, бывшей на работе. И та успокоила:
— Все в порядке — просто мама боится мош.енников. Ты только не волнуйся! Деньги поступают регулярно, а я слежу, чтобы мама не водила кавалеров. — и радостно засмеялась своей шутке, полагая, что разговор окончен.
Но Елена Ивановна неожиданно изъявила желание войти внутрь. И стала ждать во дворе — благо погода позволяла…
Увиденное потрясло. Нет, не так: увиденное парализовало. В коридоре рядом со старушкой сидели три кошки: в квартире стоял устойчивый запах кошачьей мо. чи. Все углы стен и мебели были ободраны, или объедены до основания.
На паркете был рассыпан кошачий корм. И Лена, стараясь ступать осторожно, прошла дальше.
В комнате занавески были разодраны, и висели, практически, на паре крючков. Обивка дивана торчала какими-то лоскутами, а внизу дивана был проделан лаз, из которого торчала четвертая морда: как-то нечто подобное она увидела в интернете, и тогда ее это очень позабавило.
Бабуля молча смотрела слезящимися глазами куда-то мимо, теребя в руках старую тряпочку, заменявшую ей носовой платок: было ясно, что она переехала сюда не только с котами, но и с Альцгеймером.
Чтобы так уделать за относительно короткий срок хорошую квартиру, нужно было исхитриться: подругу она явно недооценила.
— Это что? — без предисловий спросила она у Алки.
