Маме он сказал, что деньги потерял, а меч, наоборот, нашёл. Мама покачала головой и ничего не сказала, будто поверила и даже не поругала его. Много лет спустя, Егор, конечно, понял, что не поверила она, а просто простила ему этот поступок. Наверное, маме было не жалко денег на этот меч, просто она не знала, что он ему так нужен.
А он сейчас сидит и жалеет деньги, потраченные матерью на ремонт…
— Это ты меня прости, мам… Прости, — наконец произнёс он.
Егор обнял Марию Дмитриевну и сам чуть не заплакал. Мама… Ведь это его мама, родная, любимая, единственная. И другой не будет.
— И зубы сделаем. Только попозже чуть-чуть, хорошо? Вот расплачусь и сделаем.
— Спасибо, сынок, — Мария Дмитриевна вытерла слёзы и улыбнулась.
— Хозяйка! — послышался голос мастера. — Подойдите на пару минут, нужно кое-что прояснить с плиткой…
— Иду-бегу, — сказала Мария Дмитриевна.
Она побежала в ванную, а Егор остался сидеть на кухне. Он подумал, что для матери ему совсем не жалко денег, ну ни капельки. И если ей хорошо, то и ему тоже…
Жанна Шинелева
