Эта история произошла в советские годы. Жила была на свете девочка Зина. Она была из тех детей, что не похожи на остальных, сейчас их называют особенными, а тогда никак не называли, а если и называли, то грубо и неприятно.
Обзывали и обижали дети Зину. Хотя и не за что было. Добрая она была невероятно и с чистой душой. И потому всех тут же прощала. Но с ней никто не играл. Так ловко, как остальные, бегать она не умела. Прятаться тоже не умела, говорила медленно и невнятно, а ещё носила круглые пластмассовые очки с толстыми стёклами.
Мать от неё отказ написала, ещё в роддоме, а вот бездетная тётка пожалела малышку, взяла к себе, несмотря на то, что не была она как все здоровые дети. Сказали ей, что долго не протянет девочка, а тётка не поверила и права оказалась. Стала она растить и лелеять девочку, как могла, оберегать от жестокого мира.
А Зина не хотела дома сидеть, у тётки, которую считала мамой, «под крылышком» хотела дружить и общаться. Очень она помогать любила всем. И людям, и животным, и растениям. То кошку бездомную приласкает, молочком напоит, то деревце подвяжет, если тоненькое и гнётся, чтоб не сломалось.
И муху обидеть не могла. Соседским бабушкам помогала, в магазин за хлебом и молоком бегала. А они качали головами, жалели девочку и угощали в благодарность: кто карамелькой, кто яблоком.
Вот такая чистая душа была у Зины и доброе сердце. Но с ней никто не дружил. Дети её игнорировали и в открытую гнали. Посидит она на лавочке, поплачет и опять улыбается о чём-то своём и длинную косу теребит. Коса у неё была отменная, толстая, с руку толщиной, а на концах волос кудряшки завивались. Видно природа все же отсыпала девочке немного своей милости.
Вот сидит как-то Зина на лавочке у подъезда облака рассматривает. И кажется ей, что причудливых зверей видит. Вот волк, вот тигр… И вдруг слышит она из отдушины, из того отверстия что в подвал дома ведёт, то ли писк то ли стон жалобный. Решила, что котёнок пищит. Дай, думает, схожу, посмотрю. А раньше-то подвалы частенько не запертые находились, это сейчас на них замки обязательно висят, а тогда нет.
И вот приоткрыла Зина с трудом тяжелую дверь в подвал и стала вглядываться в темноту. Сквозь отдушины проникал свет, но совсем не много, поэтому разобрать что-то казалось невозможно. Девочка стояла на пороге и раздумывала, что ей делать, как вдруг снова услышала звук. И стало понятно, что не котёнок это, а маленький кто-то плачет жалобно. Тогда Зина решительно ступила в темноту. Пройдя немного вперёд, она различила неясную фигурку маленькой девочки. Она стояла, прижавшись к трубе, и боялась пошевелиться. Увидев Зину, она закричала и попыталась убежать, но споткнулась и неловко упала. Зина подошла к ней, помогла подняться и взяла за руку.
— Пойдём, — решительно сказала она, — Нечего тут делать. Тут темно и страшно. Я думала котенок. А тут ты. Во что ты тут играешь?
— Я не играю, — всхлипывая, ответила девочка, — Они меня заперли, сказали, что наказана, а я не виновата.
