— Мам ты что? Я же не смогу платить за квартиру! — возмутилась Лиза.
— Ну, ты же сама хотела!
— Но я не знала, что…
— Ты много чего не знала, теперь узнаешь. Будет очень познавательно, — парировала мать, Галина Юрьевна.
— Вот ты как?! — прищурилась Лиза.
— А как с тобой ещё?
Галина Юрьевна злилась. А ещё ей было очень грустно. Дочь повела себя глупо, по-детски. Хотя… Она и есть ребёнок, хоть и очень хочет казаться взрослой.
— Слишком я её баловала, — сказала сама себе Галина Юрьевна, когда обиженная дочь ушла, хлопнув дверью.
***
— Ты слишком долго держала её под тёплым крылышком, — сказала Галине Юрьевне подруга, Раиса Борисовна. — К восемнадцати годам она у тебя настоящей жизни ещё не знает.
— Не знает. А как ты предлагаешь? Нужно было оставить её совсем без внимания и помощи? Бросить на произвол судьбы? Ну и скатилась бы она до самого дна… Шлялась бы по подвалам, принесла бы в подоле и не училась бы ни в каком институте, а то и лечилась бы уже от какой-нибудь зависимости.
— Тоже плохо. Хотя это крайности, — заметила Раиса Борисовна. — Мне трудно судить, у меня парень. С мальчишками всё по-другому. Он у меня совсем как взрослый. Всё сам. Я ему доверяю.
— Да ничего не по-другому, — отмахнулась Галина Юрьевна. — Они такие же дети.
— В восемнадцать — дети?!
— Дети! Ничего не соображают. Помощь нужна, руководство.
— Ладно… — улыбнулась Раиса Борисовна, поняв, что подругу не переубедить. — Что с Лизой-то думаешь делать?
— Пусть поживет пока, покрутится сама. Тогда посмотрим.
…Галина Юрьевна растила дочь одна, с мужем Геннадием она была в разводе, почти с самого рождения Лизы.
Ольга Романовна — мать Галины Юрьевны, очень помогала дочери, сидела с малышкой, когда та болела, водила её в детский сад и забирала оттуда. Позже водила в школу и на дополнительные занятия. Пожилая женщина была инвалидом и работала на дому.
Когда Лизе исполнилось десять лет, серьёзная болезнь унесла жизнь Ольги Романовны. Незадолго до этого, будучи ещё на своих ногах, пожилая женщина написала завещание. Свою двухкомнатную квартиру мама Галины Юрьевны завещала внучке, которую очень любила.
Шло время. Лиза росла, квартиру матери Галина Юрьевна пока сдавала. Впервые про это жильё дочь спросила в пятнадцать лет.
— Мам. А бабулина квартира ведь моя? — спросила Лиза мать.
— Да.
— И я когда-нибудь смогу туда переехать?
— Конечно, сможешь.
— А когда?
— Лиз, тебе учиться надо. Не знаю, когда. Когда вырастешь. Лет в восемнадцать, — ответила Галина Юрьевна.
— Хорошо, — грустно вздохнув, ответила Лиза.
Девочка училась довольно средне, не от отсутствия способностей, а скорее больше от лени. Галина Юрьевна пыталась с этим бороться, но получалось не очень. Перед сдачей выпускных экзаменов она наняла Лизе репетиторов, однако все же баллов для поступления в институт ей не хватило.
Галина Юрьевна была готова к такому раскладу, хотя и расстроилась. Все годы, пока сдавала квартиру матери, женщина копила деньги.
