— Не пойму. Хочет в платную клинику. Сдать ВСЕ анализы. Какие все? В простую поликлинику идти наотрез отказывается. Что делать не знаю…
Павел разволновался и поехал к матери.
— Мам. С чего ты взяла, что тебе надо именно в платную поликлинику? Деньги у нас не куются! Мы две ипотеки платим, коммуналку за две квартиры. Одежда вон на детях прямо горит, покупать не успеваем, а платные анализы, плюс УЗИ и МРТ в копеечку влетят! Тебе же не к спеху, ничего же пока не беспокоит. Иди в бесплатную и всё потихоньку проверишь, — сказал Павел.
— Так значит вы с матерью… А если у меня болезнь серьёзная? Вон, Любовь Степановна упустила и что теперь?
— Кто такая Любовь Степановна?
— Соседка моя, с которой дружим. Не важно, кто. Вам мать недорога совсем. Экономить на мне вздумали. Понятно. Чего не понятного то… — сказала Анна Яковлевна и заплакала.
Не смог Павел выдержать слезы матери, пообещал ей, что непременно её обследуют в платной клинике самым наитщательнейшим образом.
Целый месяц Павел отпрашивался с работы, водил мать по врачам. Начальство пошло ему на встречу, решив, что у Павла серьёзно больная мать и потому они вошли в положение и сквозь пальцы смотрели на его отлучки. Однако, получив кучу бумаг и заключений, в которых черным по белому было написано, что Анна Яковлевна здорова, та не успокоилась.
— Плохой медцентр выбрали. Лишь бы деньги им несли, а лечить никто не хочет, — проворчала мама Павла.
— Что лечить? — спросил сын. — Мама, ты абсолютно здорова.
— Нет абсолютно здоровых, есть недообследованные! Плохой, говорю, центр. Надо в другой идти. Вон Любовь Степановну дети берегут, всё ей покупают, фрукты-ягоды, лечат, а вы меня не хотите даже на анализы отвести!
— Мы же сходили с тобой! — Павел начал закипать.
— Надо ещё тщательнее провериться! Вдруг болезнь какая скрытая? Папа твой тоже здоров был и чем всё кончилось?
Анна Яковлевна снова принялась плакать. Она выговаривала Павлу за невнимательность и чёрствость, за жадность и плохое отношение к родной матери.
— Лучше бы я там у себя в доме одна сидела-куковала. Что толку приехала к вам, всё равно вы мной заниматься не хотите, лишь бы отделаться! Не нужна я вам. Не нужна! — говорила она.
Ничего не могло изменить ситуацию. Анну Яковлевну отправляли в санаторий (Ага, зимой! Когда дешево! — обижалась она), водили на массаж, к окулисту, на иглоукалывание, на пиявки и физиопроцедуры общеукрепляющего характера и всё зря. Мама Павла всё равно считала, что денег на неё жалеют, обследовать не хотят, просто отделываются от неё, а она вот-вот покинет этот мир, хотя могла бы ещё жить да жить.
Всё это продолжалось довольно долго пока в один момент не прекратилось. Резко. Ни с того, ни с сего.
Анна Яковлевна перестала искать у себя болезни и просить отвести её к очередному специалисту. Она вдруг сама стала приходить в гости, хотя совсем ещё недавно дошло до того, что она боялась одна без сопровождения передвигаться по городу (вдруг упаду, да не встану потом!)
