Лида видела: муж стал совсем другим. Особенно по отношению к ней. Он перестал видеть в ней женщину несмотря на то, что Лида прекрасно выглядела. Усиленно заниматься собой было не нужно: моложавая внешность и стройная фигура достались ей по наследству. Но Валерию было все равно. Лида стала для него — экономкой, поварихой, прачкой, матерью ЕГО дочери. Прислугой, одним словом.
Лида забыла, когда муж дарил цветы, чмокал в щечку, приглашал в ресторан.
А зачем? Она и так вся принадлежала ему. Как вещь.
Валерий не стеснялся говорить жене:
– Ты постарела, не умеешь одеваться и вообще, когда ты оставишь эту дебильную работу? Мне стыдно иметь жену-медсестру.
Лида привыкла, что муж ее не ценит, потому и не обращала внимания на грубость.
Ее волновало другое: повзрослев, дочь перешла на сторону отца, гордилась его успехами, рассказывала друзьям, какой он замечательный. О матери — ни слова.
Дошло до того, что, придя в школу, Лида услышала от классного руководителя:
– Вы? А Оля сказала, что мама тяжело больна и не хочет общаться с учителями. Завтра родительское собрание. Валерий Сергеевич обещал быть.
Лида была в шоке. Решила поговорить с мужем.
– Валера, что за тайны у вас с Олей? Почему скрыли, что в школе собрание? Ты не говорил, что общаешься с классным руководителем.
– А что толку тебе говорить?! Ты же ничего не слышишь и понимать не хочешь! Даже мобильник не в состоянии освоить! Ребенку за тебя стыдно!
– Стыдно? Она так сказала? — изумилась Лида, едва сдерживая слезы, — не может быть!
– Очень даже может! Мало того, что меня позоришь, так и с дочкой не считаешься!
Лида закрыла лицо руками и расплакалась от обиды.
Ее слезы взбесили Валерия:
– Все! Не могу больше этого видеть! И жить с тобой не хочу!
Он выскочил из комнаты, уже в прихожей вызвал водителя и через несколько минут ушел, звучно хлопнув дверью.
Из своей комнаты выскочила Оля:
– Мама, как ты могла?! Зачем выбесила папу? Ты должна ему ножки целовать! Он нас кормит, все для нас делает! А ты!
– Доченька, остановись, — проговорила Лида, пытаясь успокоиться, — ты многого не понимаешь.
– Зато я все вижу! Ты его не любишь! И меня не любишь! Достала уже! — истерично кричала дочь с перекошенным лицом. — Думаешь я останусь с тобой? Да ни-ког-да!
И Оля, схватив рюкзак, выскочила из квартиры, хлопнув дверью, почти как Валерий.
Наступила звенящая тишина. Лида сидела неподвижно. Пыталась осознать, что произошло. Так прошла ночь…
Утром Лида пошла на работу, написала заявление на увольнение. Ее отговаривали. Безуспешно. Тогда главврач предложил Лиде пойти в отпуск. Отдохнуть, подумать.
Домой женщина вернулась на автопилоте. Собрала свои вещи и уехала к родителям в деревню:
– Мама, я поживу с вами, можно? — тихо спросила она, когда мать открыла дверь.
– Конечно, доченька. Здесь твой дом и мы всегда тебе рады…
***
Лида уже полгода живет у своих стариков, работает в поселковой больнице. Там с радостью взяли на работу опытную медсестру.
