«Сегодня маме 83. В три часа придет в гости. Боже, как пережить» — пишет на днях Таня.
«Матери нет на земле уже пять лет, а я чувствую вину перед ней, хотя знаю: она меня не любила» — признается Света.
«Мама хочет быть маленькой, висит на мне, не дает жизни» — делится в чате Рита.
Такие сложные чувства. Такие, к несчастью, узнаваемые.
А ведь Тане 50 уже, Свете почти 60, Рите под 70. Большие девочки.
Нас много — взрослых детей с претензиями к родителям. С дырой внутри.
Мы знаем, чего нам не хватило. Помним слова, которые нас парализовали. Видим во сне то, что нам не купили. Плачем от обиды, которую испытали в пять лет. Боимся того, что нас в три года напугало.
Нелюбимые дочери. Ненужные сыновья. Дети, которых не ждали и не хотели. Которые случились не вовремя и потому им были не рады.
Или наоборот — любимые дочери и долгожданные сыновья, которые с самого начала все делали не так. Расстраивали маму, разочаровывали папу.
Что эти мальчики и девочки слышали о себе и своих желаниях?
Да все то же самое, что вы можете услышать каждый день в общественном транспорте между 17 и 19 часами, когда родители везут малышню домой из садика. Или во дворе. Или в поликлинике. Или в гостях. Или на отдыхе.
Взрослые не стесняются — говорят громко:
– Не ори!
– Сколько можно!
– Иди отсюда!
– Хватит уши тут греть!
– Сам поиграй!
– Тебя тут только не хватало!
– Ишь, грамотей! Думать тут буду я!
– Нравится — не нравится, спи, моя красавица!
– Смех без причины — признак дурачины.
– Сколько ни дай — тебе все мало!
– Хотеть не вредно!
– Куда лезешь?
– Не делай так!
– Губозакатывающую машинку подарить?
– Почему Маша может получать «пятерки», а ты не можешь?
– Я — последняя буква алфавита.
Вы никогда ничего подобного своим детям не говорили? Все ваши дети желанные и запланированные? Завидую вам и аплодирую.
Потому что сама — говорила.
Хоть раз да сомневалась — родить или диплом защитить? Хоть раз да ляпнула что-то из этого списка. И еще что-нибудь, о чем и не вспомню. Думаю, все, кто бывал с детьми круглыми сутками, — ляпнули. У меня за плечами семь лет декретного «отпуска» и прекрасные сыновья, которыми я горжусь. Бесспорно, эти годы и этот опыт сделали меня лучше. Но быть идеальной родительницей у меня точно не получилось.
Став матерью, я постепенно стала больше понимать и ценить усилия своей мамы. Потому что руками потрогала сам процесс: бессонные ночи, тревоги и страхи, болезни, логопеды, школьные прогулы, сломанные руки и носы, первый алкоголь и сигареты, подростковый бунт и брошенный колледж. Конечно, было много радости и много открытий.
О себе, о людях и о жизни.
Одно открытие очевидное: воспитание детей — это каждодневный многолетний труд. Проект длиной лет в двадцать (в лучшем случае) с неясным результатом.
Ты можешь изо всех сил стараться, убиваться на двух работах, а 16-летняя дочь тебе скажет:
– Тебя никогда не было рядом, ты меня не любила.
