А Леночку он нашел прямо по месту работы, как говорится: родители этой леди наняли строителей для отделки квартиры. Юра виртуозно плитку укладывал. И молодой хозяйке скромно улыбался, поглядывая сквозь длинные ресницы. Кто там кого в постель уложил, мы тоже не знаем. Но девушка сильно давно была на выданье, и как только кто-то оказался в ее койке, мама с папой возликовали. Аллилуйя! Ну хоть младшую замуж отдадим. Со старшей на тот момент все было бесперспективно: одинокая, бездетная, несчастная.
При ближайшем рассмотрении Юрий оказался не таким уж прекрасным: работал неофициально, имел алименты на старшего сына и вообще жил как-то неправильно. Ни кола, ни двора, ни амбиций, ни перспектив, ни богатых родителей. Одно только тещу утешило: старший брат толковый, семейный, многодетный, значит, и у этого есть шанс исправиться.
В общем, взяли они Юру в свою семью на перевоспитание.
Цели по росту заработка кратно возрасту будущего внука ему нарисовали сразу, еще до загса. Юра, видно, не воспринял это всерьез. Свадьбу за собственный счет забабахали на всю свою большую родню — чтобы, наконец, все как у людей. Отпустить молодых жить отдельно там никто не собирался, а молодые и не рыпались: вся семья жила и дышала под чутким руководством тещи. Тем паче, у семьи был небольшой торговый бизнес и зятя туда успешно припахали на первых порах в качестве рабочей силы.
Начались будни. Новому члену семьи каждый божий день напоминали, чей хлеб он ест и чьи ноги должен целовать за свою сытую жизнь. Как только родился внук, теща стала требовать, чтобы Юра нашел работу с окладом не ниже …уж не знаю какой суммы. Делала она это методично, металлическим голосом, за завтраком и ужином. Ну и проклинала тот день, когда ей приспичило плитку на кухне поменять и завести на свою голову еще одного дармоеда. Пока зять не исчез.
Такой подлянки теща, конечно, не ожидала. Сначала сватье названивала, кричала и грозила, потом за брата взялась. Найдите, мол, и верните этого бездельника. Леночка плачет, сынишка скучает…
Но Юра уехал, не оставив никому контактов. Даже родным. Такой вот ветреный и необязательный экземпляр мужского пола, что ты будешь делать. Люба, однако, его не осуждала — она сразу его отговаривала жениться, после первой встречи с будущими «родственниками» с их семейной бухгалтерией, жесткой калькуляцией и культом личности тещи. Она знала: все это ненадолго, никакой любви там нет, а значит, с каждым днем ситуация будет только хуже.
… Сергей задумался, когда Люба спросила, вернулся бы он к таким людям в дом или нет, пытался бы с ними наладить отношения, потом сказал:
– Не знаю, мне трудно представить себя на его месте. Нашел же он на свою голову такую женщину. В конце концов, никто не застрахован от ошибок. Только теперь они его в покое никогда не оставят.
– Ага, если найдут, — хмыкнула Люба.
– Не найдут его, будут долбать нас.
– В каком смысле?
