— Был я дома. Не рада она мне… На порог не пустила. И видеть меня не хочет. Мама не простила мне… Сказала, что нет у неё больше сына. Так что я здесь посижу.
— Надо же… Я слышала, что она ни разу к тебе не съездила… Так твоей вины-то нет. Как же так?
— Фух! Пашка, ты что ли? А я уж подумала… — вздохнула Света с облегчением.
Весенним погожим вечером женщина возвращалась домой из деревни. Ездила навестить старенькую маму.
Она вышла из полупустого вагона на платформе их единственной небольшой автостанции.
Время было позднее. Вокруг было тихо. Только на самом краю последней платформы темнела одинокая мужская фигура.
Человек стоял на месте, нерешительно переминаясь с ноги на ногу.
Подойдя ближе, Светлана узнала подозрительного человека. Это был Павел Синчин. Его историю знали многие в их небольшом рабочем городке.
А уж Света тем более, так как жила через два дома от его матери.
— Здравствуйте, — с грустью в голосе поздоровался парень.
— Пашка! Пашка… вернулся! Как твои дела? Когда приехал?
— Сегодня.
— Ну пойдем вместе. Нам с тобой все равно по пути. Мать небось обрадуется.
— Нет. Теть Свет, был я дома. Не рада она мне… На порог не пустила. И видеть меня не хочет. Мама не простила мне… Сказала, что нет у неё больше сына. Так что я здесь посижу.
— Надо же… Я слышала, что она ни разу к тебе не съездила… Так твоей вины-то нет. Как же так?
Павел сконфуженно пожал плечами и отвернулся в сторону, стараясь скрыть свои предательски заблестевшие глаза…
***
Отец Пашки покинул этот мир, когда мальчику было всего три года. Несчастный случай. Мать недолго горевала.
Нина с трудом выносила одиночество после смерти первого мужа. Когда Иван сделал Пашкиной матери предложение, та сразу обрадовалась и согласилась.
Вышла замуж во второй раз.
Новый благоверный Нины — мужчина властный, строгий, молчаливый.
Второй супруг, Иван, был совсем не похож на первого: доброго и покладистого.
Хотя с первым ее мужем все-таки было одно сходство: он тоже питал слабость к бутылке.
Через пару лет в семье родилась девочка. Ивану дали служебное жильё.
Паша еще в школу не пошел, но понял после переезда в эту квартиру — дядя Ваня в их жизнь вошёл навсегда.
Тяжело ему далось это понимание. Не любили они с отчимом друг друга.
Впрочем, Паша, став постарше, сильно сомневался в том, что отчим вообще кого-то любил в этом мире.
Разговаривал он с домочадцами резко. Часто приходил домой на бровях. С порога начинал придираться.
Не только Пашке доставалось, но и его маленькой сестренке перепадало. А больше всего получала Пашкина мамка.
Иван доставал супругу упреками. Нередко поднимал на неё руку. Женщина терпела всё это молча.
Нина не раз убегала ночью из квартиры с детьми в чем были одеты. Ждали на площадке между этажами, когда муженек угомонится и уснет.
Шестилетний Пашка рано повзрослел. Он прекрасно все понимал и не мог терпеть несправедливость Ивана.
