Уложив детей, они все время посвящали друг другу. Разговаривали часами. Мечтали о будущем. Никаких проблем между супругами не возникало. Андрею повезло: Нина, с детства привыкшая к военному укладу жизни, не роптала, не устраивала сцен. Она была настоящей офицерской женой, которая обеспечивала мужу надежный тыл. Андрей в свою очередь, заботился о Нине и двоих сыновьях. Старался сделать их жизнь максимально счастливой. И любил. Любил без конца…
Прошло восемнадцать лет. Андрея перевели служить в большой город и сразу дали трехкомнатную квартиру в военном городке. Это и понятно: до выхода на пенсию оставалось два года.
Счастью не было предела! Наконец-то! Свой дом! Можно по-человечески обустроить свою жизнь.
Андрей продолжал ходить на службу, а Нина стала вить свое гнездышко: благо, деньги позволяли.
Через два года Андрею исполнилось сорок пять. Он стал офицером запаса. Нина закончила с ремонтами, обустройством жилья, сыновья выросли: один работал, другой — учился. Казалось бы: живи, да радуйся!
Ан нет. Гром грянул, откуда не ждали.
Выйдя на пенсию, Андрей отдохнул пару месяцев и устроился на фабрику кладовщиком. Работа была несложной, зарплата по гражданским меркам — средняя. Но надо же было с чего-то начинать.
Вроде бы все учел Андрей, оформляясь на работу, кроме одного: коллектив на фабрике оказался преимущественно женским.
Понятно, что молодой отставник сразу привлек к себе внимание. Не прошло и полугода, как у Андрея появилась зазноба. Женщина была моложе на десять лет, прекрасно выглядела, умела и знала, как обращаться с сильным полом.
Нина почувствовала неладное, когда услышала от мужа запах чужих духов. Правда, ничего не сказала. Потом на воротничке рубашки обнаружила след губной помады. Она отродясь не использовала такой цвет.
А когда муж стал регулярно задерживаться на работе, Нина спросила прямо:
– Андрей, у тебя кто-то есть?
– В смысле?
– Ты полюбил другую женщину?
– С чего ты взяла?
Нина перечислила причины
– Так ты за мной следишь? И давно? — впервые в жизни Андрей кричал на жену. — Да я задыхаюсь в этой твоей квартире! Устроила здесь мещанство какое-то! Домой не хочу идти, будто я гость, а не хозяин.
– Да ты что, Андрей? Мы так мечтали иметь свой дом.
– Да я лучше себя чувствовал на солдатской койке! А ты… Ты перестала меня понимать… И да. Я люблю другую…
Нина замерла. Слова мужа оглушили, лишив дара речи.
– Ну, что ты молчишь? Скажи что-нибудь!
Нина не произносила ни слова. Прижала руки к груди, стараясь унять сердцебиение.
– И что ты решил? — едва проговорила она.
– Ничего я пока не решил. Не могу же я вас оставить вот так просто.
– Жить во лжи еще хуже, — прошептала Нина.
– Давай подождем. Я подумаю и сообщу тебе мое решение, — Андрей встал, взял из шкафа постельное белье и отправился спать на диван в зале.
